Легион: Возмездие. Освобождение. Земля предков

К юрте они вернулись, бодро шагая вместе. Василий забыл про свои ушибы и гордо тащил куропатку, пронзенную стрелой. Он ее и предъявил Заране, когда та вышла на свет божий, проснувшись и не найдя никого рядом.

– Мама, – заявил Василий, высоко поднимая куропатку с торчавшим из груди обломком стрелы, – смотри, кого мы поймали. Мы были на охоте. Я скоро тоже буду так стрелять.

– Охотник ты мой, – обняла его длинноволосая девушка, улыбнувшись, – весь в отца.

Парень тут же уполз в юрту, разыскивать нож, чтобы отрезать птице голову, как посоветовал Ларин, а потом отдать женщинам, чтобы те сварили из нее хорошую похлебку.

Леха задержался у входа, приобнял Зарану.

– Хороший парень получился, – заявил он, спустя несколько минут молчания, – моя порода.

Зарана молчала, она была счастлива. А Леха, смотревший в дальний конец своих земель, примыкавший к дороге на Неаполь, заметил, как оттуда появился вооруженный всадник. Не останавливаясь, он гнал лошадь прямо к стойбищу бравого адмирала. «Ну вот и пришла пора снова в поход готовиться, – подумал Леха как-то отстраненно, – закончился наш отдых.

Хорошо хоть с сыном побыл».

Глава одиннадцатая

Ночной совет

Федор, Летис и двое бойцов уверенно продвигались по узким проходам между складами, приближаясь к своей цели. Как ни крути, а Федор здесь был аборигеном и город знал, хотя бывал в этих кварталах нечасто. Место встречи с другими группами, заброшенными в Карфаген, было назначено заранее. Изменить его было нельзя. Оставалось надеяться, что никто из разведчиков-диверсантов не попал в руки к сенаторам или солдатам Марцелла, которые выбили из них место встречи.

«Никогда не думал, что стану подпольщиком, – криво усмехался Федор, осторожно переставляя ноги по скользким камням, в этих местах убирали плохо, – вот угораздило. Знать бы еще, сколько наших уцелело. Отряд Ксенбала тоже нарвался на римлян. Ну, погоди у меня Марцелл, скоро я до тебя доберусь».

Но чем бы ни грозил Федор своим врагам, начинать нужно было с общего сбора.

Прежде требовалось понять, сколько у новоявленного подполья, главой которого теперь являлся Федор Чайка, имелось людей и куда направить свои усилия. Наметить цели, что выводить из строя, кого атаковать. Мысли у Федора имелись, нужны были люди. Даже если представить, что все пробрались без потерь, на что Федор и не рассчитывал, поглядывая на свою группу, от которой осталась лишь половина, все равно народу было очень мало. А Карфаген город большой.