Легион: Возмездие. Освобождение. Земля предков

– Если я убью тебя, кто будет бить со мной сарматов? Ведь настоящая война только началась.

Он в раздумье прошелся мимо застывшего в раболепной позе Арчоя, на повязке которого проступила кровь. Тот не двигался, ожидая своей судьбы. Наконец, Иллур принял решение.

– Я знаю, как ты искупишь свою вину, – заявил он, останавливаясь.

Арчой осторожно приподнял голову, посмотрев снизу вверх на царя. Леха наблюдал все это с противоположной стороны костра, поглядывая попеременно на обоих. К счастью, на его участке прорыва амазонок не случилось.

– На рассвете ты возьмешь свой корпус и отправишься вслед за Гатаром. Разыщешь наших пленников и отобьешь их. Без пленников не возвращайся.

Арчой воспринял наказание как должное.

– Я найду их и верну в город, – пообещал он, вставая, – или погибну в бою. Я не знаю только одного, как выглядит этот… Гилисподис.

– Мой брат отправится с тобой, – неожиданно добавил Иллур, – он отлично знает этого грека и всех его подмастерьев.

– Я? – Ларин чуть не подавился засахаренной сливой, но перечить царю не смог, лишь пробормотав: – Но если их увезут до самого Метрополя, нам что, осадить его, невзирая на всю армию сарматов?

– Если понадобится, да, – не моргнув глазом, отрезал Иллур, – без флота Скифия больше не может существовать. Если пленников убьют, это будет большая потеря для меня, и пока я найду новых инженеров, уйдет время. Поэтому Арчой возьмет с собой все свое войско, а ты возьмешь свое.

Иллур помолчал немного и добавил, в свою очередь, поглядывая на лица собеседников: серьезное у Арчоя и обескураженное неожиданным поворотом у Ларина:

– Но, говоря откровенно, мне нужен только один. И ты знаешь, о ком я говорю.

Последние слова относились уже только к Лехе.

– Торопитесь, – предупредил царь, закрывая ночной совет, – Гатар понимает, кто у него в плену, и наверняка уже решил, что делать с ними.

Адмирал вздохнул и проглотил сливу, запив ее вином, которое уже не казалось ему таким сладким. Что-то подсказывало ему, что этот поход не ограничится парой дней скачки до берегов Борисфена и заведет его далеко. «Похоже, не избежать мне новой встречи с амазонками, – горько вздохнул Леха, всматриваясь в ночной мрак над морем, – это судьба. А от судьбы не уйдешь, сколько не бегай».