Избушка на рачьих ножках

 – А у других всего две створки. Они так и называются – двустворчатые. А у третьих – как вот у нашей уважаемой улитки – одна цельная раковина.

– Похожая раковина есть у моллюска наутилуса, – отозвалась Гастропода. – Она у него очень красивая. Недаром этого родственника осьминога называют ещё жемчужным корабликом. Профессор, пожалуйста, покажите его нашей гостье.

– С удовольствием, – и Кивсяк защелкал клавишами ноутбука, – вот, взгляните.

– Какое чудо! – восхитилась Гусеница.

– А раз вы употребили слово «гостья», – и профессор кивнул Гастроподе, – то вот морская улитка ксенофора.

Она к нашему разговору имеет непосредственное отношение.

– У неё такой же домик как у Гастроподы? – предположила Гусеница.

– Не совсем, – заметил профессор. – Посмотрите внимательно. Ксенофора приклеивает к своему жилищу кусочки раковин других моллюсков. Поэтому у неё такое имя. Ксенофора означает «несущая чужих» или «несущая гостей».

– А если она эти самые раковины не найдёт? – засомневалась Гусеница.

– Найдёт, – успокоил Гусеницу профессор, – на морском дне строительного материала предостаточно.

Бывает, ксенофора прилаживает к своему домику и камешки, и веточки кораллов, и даже осколки бутылок. Таким образом этот морской моллюск как бы достраивает своё жилище, данное ему при рождении. Но есть животные, которые поселяются в пустых раковинах моллюсков. Это раки.

– Снова раки?

– Да. Но уже другие. Это раки-отшельники. Вот, полюбуйтесь!

– Ой, как интересно! Словно избушка на курьих ножках! – воскликнула Гусеница.

– Тогда уж избушка не на курьих ножках, а на рачьих.

– Дождь пошёл, – вмешалась в разговор улитка.

– Дождь? Откуда дождь? – рассеяно спросил Кивсяк, вглядываясь в безоблачное небо. – Ах, вот оно что! Никакого дождя нет! Просто над нами ещё один домик.

– Где он? – хором спросили Гусеница и Гастропода.

– Прямо над нами. Смотрите внимательней.

– Вижу, – первой отозвалась Гастропода, – комок пены на веточке ивы. Вон там, – обратилась она к Гусенице и махнула вверх своими рожками.

– Да, теперь и я вижу, – ответила Гусеница.

– Эта пена имеет прямое отношение к нашему разговору, – продолжил свою лекцию Кивсяк. – Ведь как я уже отметил, это тоже домик. Он сделан из пены.

– И кто же его построил? – спросила Гусеница.

– Маленькая такая цикада. Причем, не взрослое насекомое, а личинка.

– Но где же она? Я вижу только пену, – удивилась Гусеница.

– Личинка внутри её. И не видим личинку не только мы, но и птицы.