Любовь литовской княжны

Не должен знатный мурза ходить по улице пешком! Хоть сто верст, хоть сто шагов – но путешествовать надлежало верхом.

Продолжая размышлять над поведением московского князя, посол степенно проехал по мосту, не глядя на отвернувшихся стражников, по толстому тесу настила, положенного внутри крепости поверх земли, миновал широко распахнутые створки подворья. Натянул поводья и пригладил свою любовно вычесанную бороду, думая над ответными действиями.

Итак, первую схватку великий князь Дмитрий у него выиграл! Встречать ордынского посла не вышел – давая знать, что готов к продолжению войны.

Выходит, клятву верности или дань просить у него бесполезно. Все равно получить не удастся – токмо опозоришься многими прямыми отказами. Если невозможно истребовать большого – значит, придется добиваться малого.

Посол уже понял, что первыми русские не поклонятся. И чем дольше мурза станет ждать их посыльного – тем глупее будет выглядеть, когда в конце концов придется переступить через свою гордость. Посему правильнее всего начать игру первым, выдавая вынужденную уступку за простую торопливость.

– Скачи в княжеский дворец, воин! – повернулся ко встретившему его слуге мурза Карач. – Скажи, в столицу великого князя Дмитрия Ивановича прибыл мурза великого и непобедимого царя Тохтамыша, каковой желает скорейше его видеть! Хотя нет, постой… – Татарин немного поколебался, размышляя. Спешился, бросил поводья кому-то из дворни, отер подбородок, но решил ничего более к своему посланию не добавлять. Хлопнул скакуна по крупу и кивнул: – Скачи!

Мурза Карач усмехнулся, пригладил бороду: пусть теперь у русских голова болит – как проявить учтивость к знатному, но враждебному гостю, не уронив при том своей княжеской чести.

– Баню, пирогов, хмельного меда и квасу в парную! – распорядился мурза в сторону суетящихся слуг и устало потянулся.

Он знал, как хорошо умеют отдыхать русские, и раз уж его занесло в сии северные чащобы – мурза намеревался в полной мере получить все возможные удовольствия!

* * *

Расчет бывалого дипломата оказался точен.

Московский князь достаточно ясно показал, что готов продолжать войну до победного конца – однако до прямой грубости не унизился и даже прислал к ордынскому послу слугу, каковой побеспокоился от имени Дмитрия Ивановича насчет здоровья гостя после долгого пути, пожелал ему хорошо отдохнуть, а также передал бочонок хмельного меда и крупного, целиком запеченного оленя от княжеского стола мурзе Карачу – угоститься с дороги.