Чайная магия

Мама заявила, что не хочет топать по лестнице каждый раз, когда ночью понадобится в туалет, и Фин с радостью согласилась жить в мансарде. Тут было её личное пространство, безопасное убежище с книжными полками, встроенными в стены, с окном, выходившим на лес.

Что-то кольнуло Фин в бедро, она сунула руку в карман джинсов и достала ключ. Девочка удивлённо моргнула, паника затрепетала в груди.

У неё остался запасной ключ Талии! Тот самый, от чайной лавки. На мгновение ей подумалось – не выбросить ли его в лес, зашвырнув как можно дальше.

Если мама найдёт ключ, она придёт в ярость.

Потом Фин заставила себя сделать несколько глубоких вдохов и снова стала мыслить здраво. Ключ не помечен, мама не поймёт, от какой он двери. К тому же мама не рылась в вещах дочери. Можно убрать ключ на книжную полку – пусть лежит там, пока Талия не выпишется из больницы. Девочка вспомнила, как Бен упомянул, что его двоюродная бабушка пролежала в больнице неделю со сломанным бедром. Неделя – не так уж много. Фин сможет продержаться неделю.

Потом вернёт ключ Талии, купит у неё чашку чая и вспомнит, каково это – быть бесстрашной.

5

Подслушанные разговоры

Утро всегда начиналось ни свет ни заря.

Когда зазвонил будильник, Фин, спотыкаясь, спустилась по лестнице и вошла в крошечную ванную. Мама вернулась домой около одиннадцати вечера, девочка смутно помнила, как услышала звук поворачивающегося ключа. Фин привыкла просыпаться одна и готовить завтрак из того, что находила в холодильнике. Сегодня утром это была холодная лазанья, довольно вкусная.

Немного оливкового масла, соль… И Фин, съев половину порции, почти проснулась.

В Старомирске школы не было – слишком мало тут жило детей. Фин, Эдди и другие местные ребята пешком шли к шоссе 101, там их подбирал школьный автобус и вёз на север, в соседний город.

Войдя через заднюю дверь в большой дом, Фин увидела, что Эдди сидит за кухонным столом, склонив голову над недоеденной тарелкой овсяных хлопьев. Когда Фин плюхнула свой рюкзак на соседний стул, мальчик вскинул голову и сонно заморгал.

– Я проснулся.

– Само собой, – с улыбкой ответила Фин.

Ей нравилось быть хоть в чём-то лучше Эдди – хотя бы в том, что она легче просыпалась спозаранку. Благодаря этому Фин чувствовала себя почти ровней двоюродному брату.

– Ты собираешься доедать свой завтрак?

Эдди печально отправил в рот ложку хлопьев.

– Поторопись, Эдди, – сказала тётя Миртл, врываясь в столовую в махровом халате поверх ночной рубашки.