Меч Эдриджуна

 – Помимо колледжа есть еще и каникулы.

– Значит, нет, – сделала вывод Франсуаза. – А телевизоры есть?

– Ты еще спроси, есть ли у нас электричество.

– А есть?

– Нет.

– Нет электричества?! – от изумления девушка даже остановилась. – Как же вы живете?!

– Да так и живем… Как в Древнем Египте жили, так и здесь обитаем.

– Да ну тебя, опять шутишь! – сообразив, засмеялась Франсуаза, махнула руками: – Так серьезно говоришь все это, что я даже поверила!

Она опять взяла юношу под локоть двумя руками, крепко прижалась к плечу:

– Смешной ты… Никогда не поймешь, всерьез говоришь или прикалываешься.

Ты хоть предупреждай.

– Ты самое прекрасное существо, каких я только видел в этом мире, Франсуаза. Прекраснее цветов и рассветов, прекраснее стремительных горностаев и радужных фей-зелигенок, покровительниц садов, прекраснее весенних лугов и хрустальных горных пиков сказочного Сумера; ты желаннее ключевой воды в жаркий полдень, желаннее костра в промозглый вечер, желаннее солнца после полярной ночи…

– Если ты сейчас опять шутишь, я тебя убью… – сглотнув, пообещала девушка.

– На самом деле… – Битали запнулся. – На самом деле радужных фей-зелигенок я никогда в жизни не видел…

Ему под ребра ударил слабый девичий кулачок… После чего Франсуаза опять прижалась крепче:

– Странный ты. Иногда так говоришь, будто и вправду не из нашего мира.

– Как нужно разговаривать, чтобы стать из вашего?

– Увидишь де Фюнеса, поймешь.

Фильм с веселым лысым коротышкой Битали и правда понравился.

Но больше всего понравилось, что можно было сидеть рядом с Франсуазой, держать ее за руку, ощущать ее голову у себя на плече и время от времени целовать, гладя шелковистые волосы.

После сеанса они перебрались в кафе, благо в торгово-развлекательном центре их хватало с избытком, и пили кофе с пирожными, пока у девушки в кармане внезапно не зазвучала музыка. Франсуаза быстро вытянула небольшую глянцевую пластину, вскинула к уху:

– Да, мама… Нет, просто я зашла после работы в кино, скоро вернусь.

 – Она вернула пластину в карман, пожала плечами: – Прости меня, мне пора. Папа вернулся и нервничает, что меня нет. Страшно боится, что со мной что-нибудь случится.

– Телефон? – уточнил Битали, раньше видевший такие изобретения смертных только издалека.

– Телефон, – согласно кивнула Франсуаза. – И что за гад их только придумал? Всегда в самый неподходящий момент дергают.

Она протянула руки, накрыла ими ладони Битали, крепко сжала.