Москва – Врата Демонов

Кусочек себе в рот, кусочек горностаю в зубы, кусочек пернатым в клюв, косточки с хрящами – мышам на развлечение. Покончив с едой, волхв напился едкого шипучего кваса, настоянного на репе с медом, и взялся за шлем. Сделанный из аккуратно подрезанных и гнутых вокруг его головы костей, заговоренный для прочности на трех водах – ключевой, живой и мертвой, на трех светилах – на полнолуние, на полдень и на ледяном сумраке, и на парной крови, шлем имел форму человеческого черепа – указывая, что носящий его воин не хищник, ищущий чужой смерти, а целитель, готовый оказать помощь.

И хотя в поединках, понятно, крепко доставалось всем – лекарей противники все же стремились уберечь от гибели. Тем более что, по обычаю, после сечи они должны были лечить врагов так же старательно, как своих сородичей.

Однако шанс получить удар дубиной или мечом по макушке имелся – и потому волхв старательно проклеивал свою защиту изнутри войлоком, слой за слоем, стремясь добиться со всех сторон равной толщины, иначе сидеть будет криво, натирать или сползать.

За работой быстро истаял остаток дня, и ближе к сумеркам в камышах под плакучей ивой послышался тяжелый плеск.

– Нет у меня никаких гребней, – недовольно отозвался Атрамир, не отрываясь от дела. – Плыви отсель, речное племя.

– Эка ты какой грозный! – Плеск прекратился. – Я ведь ничего и не спрашивала, добрый молодец.

– Не, не молодец я тебе, водяная дева. Холодные вы, как лягушки. – Атрамир передернул плечами. – Мир тебе, плыви спокойно.

– Как это мы холодные?! – Камыши опять плеснули, зашелестели.

Возле них на берегу выросла тень. – Ты, мыслю, и не видел нас ни разу! Чужими слухами кормишься!

– Мокрые, холодные, скользкие… Нет, дева, плыви отсюда. Не заморачивай. – Молодой волхв повернулся к возникшей тени спиной.

– А гребешка ты здесь не видел? – вкрадчиво поинтересовался женский голос. – Вроде как на берегу вечор обронила.

– Даже голос зябкий… – передернул плечами Атрамир. – Представляю, сколь сама холодная.

– Вранье все! Не холодные мы! – обиделась озерная незнакомка.

– Да, как же! – через плечо ответил молодой волхв. – Все время в озере ледяном сидите – и не холодные?

– В воде живем, да не мерзнем. Потому как кровь наша горячее. Еще потеплее ваших девок будем!

Атрамир в ответ только недоверчиво хмыкнул, закладывая в нутро шлема еще одну полоску войлока.

Рядом прошелестела трава. Ему на плечи опустились мягкие ладони, сблизились на шее, скользнули под ворот рубахи, разошлись по груди.