Единственная. Твоя

Но резинка вдруг мистическим образом выпрыгнула из пальцев и улетела к противоположной стене.

– Эй!

Любава бросилась следом. Волосы рассыпались по плечам и лезли в глаза, но открывать чемодан за новой резинкой не хотелось, да и мусорить нельзя!

Любава принялась искать пропажу.

А, вот она где! В рукомойник угодила. Надо же…

За спиной хлопнула дверь.

– Проснулась, Любавушка?

Вот и дядьСтас пришел! Любава цапнула резинку, но ни ответить, ни повернуться не успела.

– Эта, что ли, дочь Данилы и Ярины?

Кожа на спине изошла ледяным жаром.

В голове сделалось пусто и звонко, а в груди наоборот – тесно до ломоты.

Голос… это же его голос!

На деревянных ногах Любава обернулась к говорившему.

***

* – название станций, поселков и деревень вымышленные

Глава 3

Большой… Нет, огромный! Макушкой чуть-чуть до потока не достает, а фигура – богатырская прямо. Настоящий медведь!

Взгляд жадно скользил по четкому развороту плеч и широкой грудной клетке. Ласкал крепкую шею и небрежно сунутые в карманы штанов руки.

Бежал то по торсу, то обратно к лицу, подмечая каждую черточку. Борода есть. Короткая такая, аккуратная. Густая очень. И волосы густые. Темно-русые вихры встрепаны и торчат острыми пиками, липнут к умному лбу, на котором залегла глубокая морщина. А из-под нахмуренных бровей сверкают янтарные глаза. Насквозь душу прожигают, вплетая в безликие сны образ медведя на двух ногах. Хмурого такого. С поджатыми губами и желваками на высоких скулах. О, боги…

– Точно она?

Глубокий баритон срезонировал по нервам тягучей волной дрожи.

Любава бесполезно пыталась вытолкнуть из себя хоть слово, но могла лишь смотреть на неожиданного гостя, чувствуя, как пол под ногами медленно превращается в трясину, а сердце ворочается тяжело и остро, распирая грудную клетку до сбитого дыхания.

Почему он хмурится? И обращается не к ней, а к дядьСтасу, словно онемевшая от неожиданности девушка – часть повседневного интерьера.

Ее не рады видеть, наверное… Внезапное мысль ужалила гадюкой, разгоняя внутри яд сомнения.

Конечно, не рады! Навязалась тут. Приехала вся такая «дамочка столичная», еще и время отнимает. Только вроде этого мужика никто в дом не приглашал… что он тут делает вообще?! Внезапная злость вернула дар речи:

– Точно она, – передразнила, ругая себя за внезапно охрипший голос. – А вы точно кто?

Широкие брови мужика медленно поползли вверх.

– Я уж думал, блаженная у них девка уродилась, – осмотрел хищно.