Мой (не)ласковый зверь

 – Просто… Я не могу видеть его каждый день и…

Голос сорвался. Я облизнула пересохшие губы и с силой потерла лицо.

– … и не вспоминать, что было между нами, – закончила тихо.

Тот Берг и нынешний – два разных человека. Для одного я была центром Вселенной, а второй… Второй – бессердечный ублюдок с толстым кошельком и выводком любовниц.

Джэнис ласково потрепал меня по волосам:

– Знаешь, тебе лучше сейчас отдохнуть. Выпей успокоительного, закутайся в свой любимый плед и поспи. А я буду рядом, хорошо?

На сей раз мне хотелось плакать от щемящего чувства благодарности.

– Да, ты права.

Я первая поднялась из-за стола и пошла к стене, где пряталась постель.

Стукнула по кнопке, и планка открылась, трансформируясь в довольно приличную лежанку.

Мой блок – почти люкс.

Далеко не каждый из жителей Нижнего Сектора может похвастать комнатой, в которой есть место для пусть крохотной кухни и отдельного душа.

Да, узкое и наглухо закрытое, но через него я могла видеть огни широкой автострады и вечное движение машин. Это разгоняло тоску.

Полюбоваться бы и сейчас, но Джэнис впихнула мне в руки стакан с успокоительным. Дождавшись, пока выпью, помогла улечься и подоткнула теплый вязаный плед.

А год назад меня согревал Берг… Мы лежали в обнимку на тонком матрасе. В окна хлестал дождь, от бетона тянуло сыростью, но мне было жарко в объятьях его крепких рук.

Берг был горячий, как печка… и очень, очень большой. Весь…

Веки отяжелели, а острая резь под ребрами стала тише.

И пусть потом мне снова будет плохо, но я сейчас я хотела вспоминать. Все, от нашей отчаянной близости и до первой встречи, от которой до сих пор мурашки по коже… Как же я тогда испугалась.

***

Нутро выворачивало острыми спазмами, а во рту собиралась едкая горечь.

Как же я хотела потерять сознание! Исчезнуть, распылиться на атомы или хотя бы сдохнуть.

Мне было гадко, стыдно и… больно! Ужасно больно! Хотелось реветь, но слез не осталось – я выплакала их все, там, на грязном асфальте, распластанная в унизительной позе и обездвиженная. Беспомощная!

Рот наполнился металлическим привкусом от прокушенной губы.

Мужик напротив беспокойно шевельнулся.

– Надо сменить повязку, – прохрипел, пожирая меня взглядом, а между приоткрытых губ показались и исчезли кончики клыков.