Соблазн для зверя, или Альфа на перевоспитании

Но заинтересованный взгляд девчонки неожиданно успокоил зверя. Ярость схлынула, оставляя чисто человеческое раздражение.

– Мне еще от тебя нотаций не хватало, Таня, – проворчал, недовольно рассматривая собравшийся в холле курятник.

Четыре бабы – и ни одну видеть не хотел. Даже Таню. Весь мозг ему вытрахать успела! И что на нее нашло?

Нормальная же волчица была, по семье и детям не загонялась, даже темы не поднимала! А тут прямо как медом намазали.

– Это твоя дочь, Булат! – зарычала оборотница. – Черт, да я тебя не узнаю! Какого хре… кхм.

Когда ты успел стать таким эгоистичным говнюком?

– С рождения, видимо, – тявкнула рыжая.

Булат смерил девчонку откровенно злым взглядом. Мелкая засопела, стиснула зубы, но в итоге отвела глаза. Так-то лучше.

– Я уже объяснял свою позицию и повторять ее не собираюсь. Жду завтра, – кивнул молчавшей няньке, – но еще раз ребенок пострадает – руки оторву, ясно?

Блонда возмущённо фыркнула и упорхнула к своей красной тарахтелке.

А Булат развернулся и пошел в кухню.

Там еда и кофе. А ему чертовски надо успокоиться.

– Даже на дочь не глянешь? – опять встряла Таня, но он проигнорировал волчицу .

Не глянет. Еще двадцать восемь дней – и он будет свободен. Впору как арестанту зарубки ставить…

***

Виктория проводила альфу ненавистным взглядом.

– Скотина… К-хм, – осеклась, с опаской взглянув на стоявшую рядом волчицу.

От такой махины если затрещина прилетит – мозги через уши вытекут. Эта… Таня походила на женскую версию коммандос.

Характерный военный прикид и фигура – закачаешься. Плечи широкие, грудь колесом, задница крепкая и наверняка способная расколоть орех, да и бицепсы внушали уважение – не у каждого мужика такие встретишь. Настоящая валькирия! С очень милым личиком и прекрасными карими глазами.

– Еще какая скотина, – пробурчала волчица и понесла девочку на второй этаж. – Надо умыть и осмотреть, – пояснила замешкавшейся Виктории. – Поможешь?

Ну что ж… Отказывать как-то неприлично. Тем более к волчицам Виктория особой неприязни не питала и даже иногда жалела.

В стаях царил негласный патриархат и часто оборотницы страдали не хуже омег, находясь в паре с каким-нибудь властным ублюдком или эгоистичной тварью типа Булата.

Виктория поежилась. Господи, а имя какое странное – Булат! Славянское, что ли? Неужели он иностранец? Богатырь, мать его, русский… Кажется, там обитали специфические… нет – малые народности. Типа чукчей… Но они вроде бы маленькие, а это – шкаф настоящий.