Ведьма. Взрослые игры

Подхватил, прижал к себе и отнес прямиком на рабочий стол.

Ее губы были желаннее самых изысканных сладостей, а запах сносил голову сильнее любого алкоголя. И на части рвало от желания одним движением избавить ее от шелковой юбки и блузки, оставляя совершенно голенькой, раскрытой и беззащитной, как он любил. Никогда, ни одну женщину Руслан не брал в своем кабинете. Такой вот пунктик – на работе только работа. Но Лика одно сплошное исключение. Такое любимое, такое нежное и м-м-м, сладкое…

– Рус, – простонал, чувствуя его готовность, – а… стриптиз?

– Все дома.

Хочу тебя. Люблю.

Теперь это слово не лежало камнем на сердце – оно наполнило собой всю его жизнь. Четыре бесконечно счастливых  и таких быстротечных года рядом с ней. С маленьким чудом, дарованным неизвестно за какие заслуги. Почти утраченным по собственной глупости, но все равно обретенным. Мать Волчица… Да как бы он жил без Лики и их детей? До отвращения знакомый озноб пробежался вдоль позвоночника. Иногда накрывало вот так, без причины.

Просыпался в поту и со сбитым дыханием, весь во власти страха, что все это лишь сон. И каждый раз успокаивался, только ощутив Лику под собой и услышав ее протяжные стоны.

И сейчас вспыхнул за одно мгновение. Но деликатное покашливание динамика обломало все планы.

– Руслан Александрович, Ваш чай! – пропел ехидный голосок Машеньки, его секретарши. – И звонил Владислав Александрович. Будет через десять минут.

Милолика недовольно вздохнула. Нет, она не ревновала к Машеньке.

Та давно и прочно запуталась в силка, расставленных для нее Дмитрием, ее мужем и по совместительству начальником охраны. Уже троих щенков выгуливают, и четвертый на подходе. Опять в декрет отправлять замечательного специалиста. А сколько он намаялся, прежде чем нашел умную, симпатичную и, самое главное, не желающую залезть к нему в штаны секретаршу… Без крепкого словца не вспомнить.

– Понял, Мария, вот пусть Владислав Александрович чай и принесёт.

Динамик хихикнул и затих.

– Машенька так и сияет, – улыбнулась Милолика, поправляя блузку. – Даже сквозь закрытые двери чувствую.

Все омеги могли ощущать эмоции соплеменников. С людьми такая фишка плохо работала, но оборотней его девочка чувствовала на пять баллов.

– Ещё бы. Они с Дмитрием столько мальчика ждали. А я бы ещё девочку хотел, – многозначительно глянул на жену. Милолика улыбнулась, но как-то грустно. Их больная мозоль – продолжение рода.