Йошка: перезагрузка. Чисть иль нечисть?

 – Дверь-то заперта!

– Это для тебя она заперта, – нараспев говорю я. – А для нас замков не существует!

– Не повезло тебе, Мартышкин, – серьёзно заявляет Лёха. – Не с теми ты связался.

– Отпустиииите меня! – опять ревёт наш пленник. – Хотите я вам деньги заплачу? Целый мильёоон!

– Не-а, нам деньги не нужны, – смеётся Лёха. – Да и откуда он у тебя, миллион-то?

– А я у маааа-мы ваааазь-му! – всхлипывает Лев.

– А ты уверен, что он у неё есть? – строго спрашивает Васька.

– Она выыыы-куп готовит! – уверенно заявляет парень.

– А ты не подумал, какое это огромное количество денег? – не унимается подруга. – Ей никогда их не собрать! Разве что самой рисовать придётся несколько месяцев подряд.

– Как не собрать? – удивляется Мартышкин и сразу перестаёт рыдать. – Не может быть! Она ради меня всё сделает!

Вот они, плоды слепой материнской любви! Парень даже мысли не допускает, что мамаша не сможет что-то сделать ради него. Он уверен, что сровнять с землёй горы или повернуть вспять реки ради любимого сыночка – это для его мамочки сущий пустяк.

Да, избаловала мадам Мартышкина своего ребёнка. И с этим надо что-то делать!

– Когда твоя мать должна передать деньги похитителю? – наступает Лёха.

– Сссегодня! Ввввечером, – признаётся Мартышкин, заикаясь и всхлипывая.

Интересно, это он заикается от страха, что Антон ему наваляет за провал операции, или так сильно боится нас?

– Где? Как? В какое время? – сдвигает брови Лёха.

Сейчас он напоминает мне майора Иванова, и я с интересом наблюдаю, как мой друг изображает детектива.

Лев тут же рассказывает, что Антоха собирался звонить его матери ближе к вечеру и назначать время и место передачи денег. И сделать это он хотел именно сегодня, чтобы сразу уехать куда-нибудь подальше. Берега кисельные! Надо срочно действовать, а не этого увальня перевоспитывать!

Я протягиваю Мартышкину его телефон и велю сейчас же звонить матери. Он должен сказать ей, чтобы она ни в коем случае не встречалась с преступником и, тем более, не передавала деньги.

А ещё, что он уже свободен и скоро будет дома. Парень, быстро говорит в трубку всё, что я ему велела, и отключается, обрывая неистовые причитания своей мамаши. Потом с надеждой смотрит на меня.

– А я, правда, свободен? – робко спрашивает он.

– Правда! – отвечаю я и щёлкаю его по носу.

– А дверь?

– А дверь сейчас откроется! – говорю я и начинаю привычные мысленные манипуляции, представив себя ключом в замке.