К соседям за яблоками

Отец мотыгой проделывал в земле длинные лунки, одну параллельно другой, а дети с бабушкой шли за отцом с корзинками, в которых лежали картофельные клубни, пустившие ростки, и клали эти клубни в лунки ростками вверх. Тетя Маргуша шла последней и засыпала картошку землей, смешанной с удобрением.

За картофельной церемонией молча наблюдал бирюковский пес Альберт. Он долго сидел по ту сторону забора и в просвет в штакетнике следил, как картофельная бригада переходила от одного ряда к другому. Тетя Маргуша любила этого пса и часто говорила с ним по-польски.

Сонька не сомневалась, что Альберт научился понимать польский, так как пес всегда отвечал тетке веселым лаем.

Сначала работа шла дружно. Маргуша шутила, а отец подхватывал, что вызывало у бабушки смех. Паша с Сонькой не все шутки понимали, однако посмеивались за компанию. Но часа через два дети загрустили. Особенно Сонька, которая начала хныкать. Чтобы как-то отвлечь ее, отец предложил подсчитать, какой урожай картошки у них получится.

– Внимание! – отец с улыбкой посмотрел на Соньку. – Ну-ка, давайте подсчитаем, сколько картошки мы приблизительно выкопаем осенью. Как вы думаете, сколько клубней дает каждая посаженная картошка?

– Пять! – недолго думая, выдал Паша.

– А ты как думаешь, дочка?

– Не знаю. Шесть? – неохотно ответила Сонька.

– Ладно. Скажем, пять или шесть. А сколько мы уже посадили?

Отцовская затея несколько отвлекла ребят, но скоро Сонька опять стала ныть:

– Я не могу больше в этой грязи копаться.

У меня в ботинках полно земли, и мне больно ходить. Уже, наверное, мозоли на пятках натерла… И пальцы черные будут.

На глазах у нее выступили слезы, и казалось, она вот-вот разревется. Взрослые наконец сжалились над Сонькой и отпустили ее.

О Паше и разговора быть не могло. Да и он сам никогда не жаловался. Однажды он попробовал протестовать, но ему сказали, что в его возрасте стыдно ныть. Однако в душе он презирал Соньку и считал, что с ним обходились несправедливо.

Он совсем не против был помогать взрослым, но того, что Сонька так легко отделалась, он ей простить не мог.

Паша теперь с нетерпением ждал обеденного перерыва. Он знал, что в сумке тети Маргуши было что-то свежеиспеченное. Он это сразу по запаху определил, когда она вошла в дом. В обеденный перерыв тетка горкой положит пирожки или булочки на блюдо, а бабушка заварит чай. От предвкушения такого обеда у него слюнки потекли.