Князь. Война магов (сборник)

Неужто Полина отписать дядюшке своему не успела? Наверняка отписала. А он, конечно, и деда с бабушкой порадовал.

– Понятно, – кивнул Пахом. – Стало быть, ты их разом и внука, и сына задумал лишить? Так, княже? Рядом ведь имение, час ходу. Отчего же тебе матушку в тяжкий час не обнять, с отцом за стол рядом не сесть, не помолчать по-мужски? Тебе больно – но ты других-то пожалей. Поехали со мной, Андрей Васильевич. Родному порогу поклонишься, родителей обнимешь, в светелке детской ночь проведешь. Утро вечера мудренее.

Утром о судьбе своей заново помыслишь. Сегодня же отцу с матерью радость малую подари. Тебе плохо, но ты все равно подари. Не оскудеет рука дающего, княже.

Ворон, примостившийся на ветке, каркнул, переступил с лапы на лапу, поднял крыло, пару раз что-то там клюнул. Потом тяжело вспорхнул и полетел над тропой к Большому Удраю.

– Это колдун, да? – свистящим шепотом спросил дядька.

– Почти, – кивнул Зверев. – Дорогу случайному путнику показывает. Тебе то есть. А я… Мне, пожалуй, заводных коней забрать нужно.

Чего им тут торчать? В усадьбе пригодятся.

* * *

Гости, как и положено, подъезжали к воротам медленно, чтобы не застать хозяев врасплох – но первым, кого увидел на крыльце Зверев, был маленький Илья, одетый в крохотную рубашонку, сапожки, черные шаровары и опоясанный ремнем – пусть пока и без оружия. Его держала на руках дворовая девка и помогала махать ладошкой:

– А кто это к нам приехал? Братик это старший к нам приехал, князь Андрей.

– Сынок, дорогой ты мой! – Боярин Лисьин встретил гостя прямо у ворот, похлопал по плечам, отступил.

 – Возмужал. Клянусь святым Георгием, возмужал! Не узнать. Настоящий князь!

Зверев улыбался, но никак не мог оторвать взгляд от мальчишки, улыбающегося в нянькиных руках. Мать осторожно сошла со ступеней, припала к его груди:

– Родный мой! Что же не пишешь, вестей никаких не передаешь? А у меня недавно сердце заныло вдруг. О тебе сразу вспомнила. А ты – вот он, приехал. Радость какая!

– Оленька моя опять на сносях, – гордо сообщил Василий Ярославович.

 – К Рождеству, может статься, еще братик у тебя появится. Оглянуться не успеешь, под рукой твоей братья младшие дружину боярскую в сечу поведут, бок о бок за землю стоять будете, стеною. Да что же я, оголодал ведь с дороги? А я тебя тут держу… Степан, ты где там ходишь? Опять спишь? Баню беги топи. Перекусить с дороги князь да попариться пожелает, пыль верстовую смыть.

Никаких поздравлений с первенцем, никаких намеков.