Последняя битва

– Кто там? – громко поинтересовался Зверев, отойдя к брошенному на скамье поясу с саблей. – Открыто!

Створка медленно поползла внутрь, за ней стали видны знакомые лица.

– Прости, княже, не признали тебя намедни, – облизнув губы, осторожно начал тот, что старше.

– Ерунда, – отмахнулся Андрей. – Кабы обидное чего сотворили, я бы вам на месте голову отсек. А что не признали, так мы, вроде, и не знакомились.

– Купцы мы олонецкие, – скинув шапки, один за другим просочились в светелку вчерашние знакомцы.

 – Житоложины по отцу будем. Он Юрий, я же Михаил. Ушкуй добротный недавно справили о двух мачтах. Почитай, тыщу пудов взять может…

– Каюту мне отдельную отведите, – наклонившись к поясу, расстегнул сумку Андрей. – Товар мой в соседней горнице. Объемный, но легкий. Вы ведь, коли олонецкие, железо, небось везете? Скобы-гвозди, клинки да топоры разные?

– Оно как бы так… – забеспокоился младший, который именем Михаил, и схватился за бороду.

– У железа вес большой, а места занимает немного, – кивнул Зверев.

 – Так что меха к нему в трюмы добавить – самое милое дело. И на пеньку еще место останется.

– Ревень у нас в бочках, – полушепотом признал старший Житоложин. – На торг покамест и не выкатывали[3 - Ревень в XVI веке считался одним из «заповедных товаров», торговать которым дозволялось только царской казне. За его контрабанду вполне можно было попасть на дыбу под кнут палача. Но уж больно прибыльной была продажа этого лакомства…].

– Раз трюмы полны, тогда в путь нужно отправляться.

 – Князь кинул купцам две монеты. – Обещанный задаток. Меха заберите. Как готовы отчалить будете – известите. Я пока здесь обожду. Знаю я корабельные каюты. Все они с воронье гнездо размером. Еще успею в тесноте насидеться.

– Дык, коли плыть, – переглянулись братья, – так оно хоть завтра. Солонины и капусты квашеной в дорогу купить – да и двигаться. Сказывали же, мы в Кореле еще не разгружались. Вчера как раз думу думали: дальше плыть, али здесь на торгу выставляться.

Ну, а как ты, княже, слово свое сказал, так мы и решили: знак сие нам от Николая-угодника. Коли прибыток получить хочешь, рисковать надобно.

– Быть по сему, – кивнул Андрей. – На рассвете буду у вас на борту. Ныне же, коли расклад такой случился, распоряжения мне оставить для слуг надобно.

– Слушаю, княже, – поняв намек, попятились к выходу купцы. – Не станем отвлекать.

Хлопот у князя Сакульского на самом деле было совсем немного.