Последняя битва

Андрей, поначалу предполагавший ночевать лагерем, благо везде тепло и сухо, понял, что шансов развести костер и что-нибудь приготовить нет никаких – за полным неимением дров. Князь смирился, что останавливаться придется в постоялых дворах. Или, как их тут называют – в тавернах. Одно хорошо – таких дворов на пути попадалось превеликое множество. Мелкие деревеньки из пяти-шести домов, сложенных из плоских камней без всякого раствора, встречались буквально каждый час, а через два на третий – селения побольше, с часовнями и кабаками.

Достаточно большими, чтобы поставить несколько лошадей и приютить пару путешественников.

В отличие от Руси, здешние дворяне жили особняком, в стороне от крепостных. Кто – в суровых, вознесенных на скалы башнях или замках, кто в домах попроще. Отличить их от жилья простонародья было очень просто: по виселице. Точнее даже – по числу виселиц. Четыре стояли перед замками. Две или три – возле укрепленных башен. После этого уже нетрудно догадаться, что в одиноком домике, пусть скромном, но с украшенной петлей перекладиной на акации недалеко от входа тоже обитает какой-нибудь идальго, пусть нищий – но все же не простолюдин.

По всей видимости, виселицами объяснялось и то, что крестьян и торговцев навстречу путникам не попалось ни одного – увидев знатного господина, с оружными слугами и с саблей на боку, прохожие предпочитали не просто свернуть с дороги, но и отступить куда подальше, дабы и на глаза не попадаться вовсе.

Трактирщики здешние тоже оказались преувеличенно почтительны и подобострастны. Речи князя и холопов не понимали – однако комнаты, в которые Андрей тыкал пальцем, освобождали мгновенно, угощения подавали обильные и вкусные, денег брали столько, сколько дают, и не перечили.

Правда, и сдачу отсчитать тоже ни разу не попытались.

Красивы города здешние или нет, князь Сакульский пока не знал. Те, что встречались на пути, он объезжал, дабы зря не платить за вход, а снаружи все крепости одинаковы: каменные стены из крупных валунов, да башни со смотрящими навстречу друг другу бойницами.

А вот редкие каменные мосты сразу привлекли внимание понятной, но забавной особенностью: все они начинались и заканчивались небольшими укреплениями с толстыми стенами, способными укрыть в себе не меньше двух десятков солдат. Бойницы, крыша, зубцы – все честь по чести. В любом из них Зверев с холопами от сотни-другой татар отбился бы запросто.