Как спасти жизнь

– Когда ты… заболел, я почитал об этом и не мог поверить, что среди людей, у которых проблемы с сердцем, такая низкая выживаемость. Только пятеро из ста в некоторых частях страны!

– Вот почему я – чудо тысячелетия, – отвечаю я.

– Но большее количество дефибрилляторов может все изменить, – продолжает Коули, как будто это для меня новость. Да, именно поэтому у меня есть свой личный.

Росситер и пиарщица кивают, как куклы из «Маппет-шоу».

– Мы начнем с нашей местности, с тобой в качестве публичного лица.

Ну, каково? Звучит? – Коули выжидающе улыбается, как будто меня выбрали в основной состав на эти выходные.

– Здорово. Я имею в виду – все что угодно, чтобы спасти жизни, верно?

Росситер встает.

– Превосходно. Я оставлю вас, ребята, обсудить детали. Диана напишет пресс-релиз о том, как ты рад оставаться вовлеченным в дела клуба, который любил, и так далее. Мы покроем все расходы…

Его голос, казалось, затихал, пока мой мозг обрабатывал предыдущее предложение.

«Оставаться вовлеченным».

– Мистер Росситер, я буду рад принять участие, если это не помешает мне вернуть свою физическую форму.

– Конечно, конечно. Это не должно противоречить посещениям больницы и тому, что ты будешь делать дальше. Может быть, мы могли бы участвовать в процессе или что-то в этом роде?

Он надевает пальто. Я тоже встаю.

– Я возвращаюсь, чтобы присоединиться к команде. Это то, к чему я стремлюсь.

Я знаю, что людей все время исключают. 99 % не получают оценки из-за травм, отношения или отсутствия таланта.

Но все это не про меня. Вся моя жизнь была направлена на то, чтобы убедить окружающих: я – тот самый один процент.

Росситер мгновение пристально смотрит на меня.

– С металлической коробкой в животе? Даже если бы мы захотели, наши страховщики взбесились бы.

– Но я теперь неуязвим. Я переживу всех вас.

Врач сказал, что, когда мне будет девяносто и я буду на пороге смерти, кому-то действительно придется отключить эту штуку, иначе она просто продолжит посылать импульсы, возвращая меня к жизни.

Росситер вздыхает.

– Сынок, ты знаешь, с какой скоростью летит футбольный мяч? У Дэвида Херста четыре года назад – 114 миль в час. Это катапультировало бы твой чертов кардиостимулятор из грудной клетки, и он перелетел бы половину стадиона.

– Врачи должны были сказать тебе, Джоэл, – вмешивается Коули.

Я чувствую, как внутри меня нарастает что-то горячее, как лава. Ярость.