Как Трисон стал полицейским, или Правила добрых дел

Но всё же согласилась, когда ей объяснили, что кролик будет один скучать и плакать, когда Катя пойдёт в детский садик, а мама и папа – на работу.

Сначала Кузя убегал от меня и страшно боялся, даже когда я сказал, что не собираюсь делать ему ничего плохого. Он оказался слишком уж недоверчивым. Но в конце концов и с ним мы подружились.

Кузя, конечно, был типом тем ещё. Целыми днями что-то жевал: то траву, то опавшие с дерева яблоки.

– Ты не лопнешь? – спросил я у него однажды. – Сколько же можно есть?

– Не лопну! – Кузя поморщился и продолжил хрумкать.

 – От травы и яблок никто ещё не лопнул! Да и сил нужно набираться!

– А зачем тебе силы? – ехидно поинтересовался я. – Землю на тебе пахать будут, что ли?

– При чём тут «землю пахать»? – хмыкнул Кузя. – Вдруг Катька приедет, а я голодный? Как мне с ней носиться по двору? Ты думаешь, это простая работа?

А вот это аргумент весомый, тут я не мог не согласиться. Я и сам не понимаю, откуда у детей столько сил и энергии.

Андрей Максимович однажды рассказывал гостям очень познавательную историю.

Как-то один профессиональный акробат поставил эксперимент: он целый день повторял все действия трёхлетнего ребёнка. И к вечеру так устал, что был вынужден прекратить свои исследования, хотя малыш продолжал играть и веселиться. Поэтому Кузе и впрямь нужно быть наготове. В любой момент могут отправить на работу к Екатерине Маленькой – так иногда называл её дед.

– Деда, – спрашивала Катя Андрея Максимовича, – почему ты называешь меня Екатерина Маленькая? А когда я вырасту, ты будешь называть меня Екатериной Большой?

Внучка в свои четыре года могла поставить в тупик любого взрослого своими вопросами.

Вы ещё убедитесь в колкости её языка.

– Тут дело не в росте, – пояснял дед. – Понимаешь, была когда-то у нас в стране царица Екатерина Великая. Ну, она Великая, ты пока ещё Маленькая.

– Ясно, – кивнула Катька и побежала докладывать маме.

Вскоре дед услышал:

– Мама, мама! – Катя радостно хлопала в ладоши.

 – Дедушка сказал, когда я вырасту, я буду великой царицей.

– У нас давно нет ни цариц, ни царей, ни царевичей, – рассмеялась мама.

– Как это – нет? – Катя развела руками. – А я? Я же есть!

– Ну хорошо, – согласилась мама, видимо, зная, что просто так разговор не свернуть. – Вырастешь, тогда и решим.

– А чего тут решать? Дедушка уже решил!

Вот такая у нас была маленькая царевна.

Катерина ни минуты не давала Кузе покоя.