Как угомонить Фуфлю при помощи собачьей расчёски

Нет, консервированные овощи – это точно не про неё. Она будто из клубной тусовки 2007 года выпрыгнула прямиком в наш салон, по пути подобрав где-то собачку модной породы.

– Что там, маринованные патисоны? – намеренно задаю вопрос, который её заденет.

– Я тебе что, Кринжелика?! – возмущается она. – Это комбуча для общего здоровья! Сейчас модно!

Понятия не имею, что это такое и где оно модно.

– Поставь у входа! – прошу её.

– Как домой придёшь – замени крышку на марлю.

– Ага, – отвечаю. – Скумбрии нужно прочистить складочки?

– Не, мы своему грумеру не изменяем, – отмахивается мама и наклоняется к Скумбрии, чтобы её потискать.

 – Нас ждёт Серж, правда, булочка? Серж из люкс-лакшери-вип-груминг-клаба в центре, пирожочка моя!

Жанна звучно застёгивает переноску, в которую уже поместила Шкоду, и осуждающе глядит на сюсюкающую с бульдогом маму.

– А живёте вы, наверное, в экстра-рич-шик-роял-плаза? – спрашивает начальница. – Или тут, за углом?

– Во всяком случае псиной у нас дома не пахнет, – улыбается мама и уходит.

Хрипящая булочка пыхтит следом.

– До свидания, Роза Марсельевна! – кричит Жанна ей в спину.

Смотрит на меня.

– Люкс-лакшери-вип дитя, уже справилась? – интересуется она.

Я торопливо возвращаюсь к Шницелю. Продолжаю его натирать шампунем. Смываю. Навожу второй шампунь – увлажняющий со смесью текстурирующего. Втираю в шерсть. Оставляю его на пять минут и начинаю чистить псу пасть порошком при помощи мягкой зубной щётки. Шпиц теперь не дёргается – после возмущения грумера он больше походит на игрушку, чем на живое существо.

Смываю шампунь по росту шерсти, выдавливаю пену. Задёргиваю штору и позволяю собаке отряхнуться, затем заворачиваю в первое полотенце, как в кокон.

Жду, пока ткань впитает основную влагу из шерсти.

Что там такое мама принесла мне? Да и зачем?

– Жанна Георгиевна, а что такое комбуча? – спрашиваю у начальницы.

– Не знаю, танец какой-то? – предполагает она.

– Танец в банке? – сомневаюсь я.

Слышится, как Жанна подходит к шоперу и заглядывает в него.

– Помои какие-то, – фыркает она. – Крайне нефешенебельного вида.

Отодвигаю штору и вижу сморщившуюся начальницу, держащую в руках трёхлетровую банку с коричневатой жидкостью и каким-то склизким сгустком вроде медузы внутри. Она брезгливо опускает склянку обратно в сумку.

– На мега-квин-фэшн-штуковину как-то не очень похоже, – почавкивая жвачкой, говорит начальница и нюхает руки.