Конец пути

Раз от усилий раны открылись, два – вот и ослабли. Геций спустился, прилег на кошму, да и умер. А Иокам здесь, на скале с веревки упал. Еще трое там, наверху сорвались. То ли не удержались, то ли ослабли, али живота лишились да вниз покатились – рази теперь проведаешь?

– Да, – вздохнул Середин. – А я думал, тяжелее всего на подъеме будет. Однако же, Вений, засиживаться нельзя. Не такие горцы дураки, чтобы не догадаться, куда мы скрылись. Наверняка уже людей отрядили, чтобы скалы обойти и сюда выскочить.

Места тут, конечно, непролазные. Но, коли поторопятся, еще сегодня нагнать смогут. А уж завтра – точно совершенно.

– Скоро выступим. Друзей наших павших земле предадим – и выступим.

– Где ты их тут похоронишь, сотник? Камни одни кругом!

– Я послал четверых воинов, чужеземец. Они ищут место, где земля есть. Коли до полудня не сыщут, придется в расселине камнями завалить, а как вернемся – пред великим Раджафом грех замаливать.

– Понял, – поднял глаза к небу ведун. До полудня оставалось еще часа три.

 – Ладно, подождем…

Середин отошел к своим товарищам, подхватил с тряпицы сразу три ломтя, сунул в рот, присел рядом:

– Ну как вы тут, нормально?

– Не томи душу мою, друже, – покачал головой купец. – Все добро наверху осталось, все до черепка гнилого! С чем домой возвертаться будем? С чем возвертаться? Уж ныне и не гадаю. Совсем гол остался. Рубаха на мне – и та с чужого плеча.

– Ничего, друже. В столицу вернемся, Аркаима Раджафу отдадим, получим награду достойную, да и тронемся потихоньку.

Устал я, если честно, по здешним лесам бегать. Скоро лучше зайца местного все тропы вызубрю.

– Ой, не говори мне ничего, колдун, – зябко передернул плечами купец. – Не говори ничего.

– Как знаешь, друже, – хмыкнул Олег и ухватил еще ломоть.

– Бери, бери, боярин, – кивнул холоп. – Я наверху полную котомку набрал.

– Молодец, – скупо похвалил Будуту ведун, повернулся к поверженному правителю. Развязывать не стал, но подложил под голову скрутку из овчины, выдернул кляп изо рта: – А ты как – цел, мудрый Аркаим?

– Ты удивительно заботлив для предателя, ведун Олег, – с видимым облегчением выдохнул тот.

 – Я учту это, когда стану выбирать для тебя казнь.

– Может, тебе записать для памяти, мудрейший? Вдруг вспоминать только лет через сто понадобится?

– У меня хорошая память, смертный, – сообщил тот. – Не беспокойся.

– Легко сказать, коли вопрос такой важный, – усмехнулся Середин.