Каникулы Петрова и Васечкина

 – Будьте так добры, не разрешите ли поставить вам синяк под глазом? Спасибо! Я вас не очень побеспокоил?

– Чего вы к нему придираетесь? – возмутилась Дашенька. – Может, на него хорошего влияния не было?! Ведь как он увлечённо говорил о самодеятельности и даже роли играл… Значит, он не окончательно испорчен. А ведь искусство так облагораживает…

– Правильно, – подтвердила Анка. – Вот возьмём его и исправим. Он, когда говорил о самодеятельности, я заметила, всё на меня поглядывал. Я ему очень понравилась…

– Да нет, он на меня глядел! – возмутилась Дашенька.

– С чего ты взяла? – прищурилась Анка. – Чего он в тебе не видел?

– Что у меня, глаз нет? – обиделась Дашенька. – И когда начал говорить о театре, то взглянул на меня, и потом, когда рассказывал, как у участкового прикуривает, опять взглянул…

– Ну, может, один раз и взглянул, – милостиво согласилась Анка, – а так всё на меня смотрел…

В это время в комнату вошёл Петров.

– Васечкин тут свою панаму оставил, – мрачно объявил он, – забрать просил.

– Панаму? А, да вот же она! – сказала Анка.

– Какая хорошенькая! – умилилась Дашенька. – Совсем не похожа на хулиганскую!

– Послушай, – сказала Анка, останавливая уходящего Петрова. – Тебя как зовут?

– Петров меня зовут, – сказал Петров. И поправился: – Вася!

– Ну что, Вася, накормили вас хорошо? – вкрадчиво поинтересовалась Анка, одновременно незаметно преграждая Петрову дорогу.

– Накормили, спасибо, – сказал Петров, – хорошо накормили.

– Скажи, Петров, – засуетилась Дашенька, – а правда, что Васечкина не только микрорайон, но и весь район боится?

Петров задумался.

– Пожалуй, – наконец сказал он. – Пожалуй, не только район, но и весь город побаивается…

– Ух ты! – ахнула Дашенька. – А скажи, пожалуйста, Петров…

– Да постой ты! – осадила её Анка. – Что ты всё лезешь со своими глупыми расспросами, не даёшь ни слова о деле поговорить. А скажи, дружище Петров, как он вообще, Васечкин? Сердитый?

– Обыкновенный, – подумав, сказал Петров.

– Мне очень нравится твоё лицо, – ласково сказала Анка, – ты, видно, хороший человек, скажи, а что Васечкин больше всего любит?

– Он вообще-то многое любит, – размышляя, сказал Петров, – но больше всего, пожалуй, чтобы его приняли хорошо, питание чтобы было хорошее.

Анка и Дашенька многозначительно переглянулись.