Катет не катит!

Входная дверь громко хлопнула, и сразу после этого раздался голос матери:

– Венера, иди ужинать!

– Спускаюсь! – с досадой ответила девушка, не желая отрываться от очередного видеоролика про новую супермегатушь от известной певицы.

В кухне на столе Венера увидела три тарелки с овощным рагу, тушёным мясом, которое осталось с обеда, и три стакана свежевыжатого апельсинового сока. Во главе стола сидел в своём чёрном костюме с иголочки Константин Фёдорович Белозорский. Грузный мужчина сорока с небольшим лет, с добрым выражением пухлого лица и пристальным взглядом чёрных, как смоль, глаз.

При этом его шевелюра до плеч осталась практически такой же, как в молодости, тёмной и густой. Седина лишь слегка тронула виски, пожалев видного мужчину. В этом добряке с белоснежной улыбкой с трудом можно было распознать крупного бизнесмена. Дома он становился намного мягче и веселее, особенно когда жена готовила, а дочь приносила хорошие оценки. О том, что у Венеры не всё в порядке с учёбой, а голова забита всякой ерундой, он и не догадывался, благодаря милосердной супруге.

– Ну, доченька! Что нового? – спросил отец, приступая к ужину.

– Привет, пап. Мы с ребятами на пляж ходили, отметить, так сказать, последний день свободы, – улыбнулась дочь, нанизывая на вилку разваренную морковь. – А сейчас я готовлюсь к школе, учебники, там, собираю…

– Молодец, хвалю! Видишь, Ларочка, какую мы умницу вырастили. И красавицу, – гордо и с улыбкой сказал Константин Фёдорович жене.

– Да, да, дорогой, конечно, – со снисходительным смешком ответила женщина. – День и ночь она, бедная, к школе готовится. Даже на развлечения времени нет, – с сарказмом добавила мать, сурово глядя на дочку. Та густо покраснела и отвела взгляд в сторону.

– Совсем нет времени? – оживился отец. – Надо найти! Хочешь, сходи сегодня на танцы с друзьями, – простодушно предложил отец, болтая в стакане недопитый сок. Мать после такого предложения аж ложку выронила, и та со звоном упала на плитку.

– О, спасибо пап! Обязательно схожу, – чуть ли не прыгая от радости, согласилась Венера, и расплылась в довольной улыбке.

– Ну что ты, дорогой, – возразила мать. – Она мне сегодня говорила, что уже нагулялась и хочет отдохнуть перед первым сентября. Так что придётся танцы отложить, – пронзила дочь суровым взглядом женщина, – К тому же, ей ещё нет восемнадцати. А в бар пускают только совершеннолетних.