Катет не катит!

Сразу после этого семья перебралась в Сочи. Я с ними. Занимался репетиторством там, а как преуспел, стали приглашать в другие города. Выбрал для начала Туапсе. Но, признаюсь, с детства мечтал путешествовать по всему миру.

– Так и ехали бы в другую страну. Почему Туапсе?

– Красиво у вас, – усмехнулся репетитор. – Никакого подвоха, Венера.

– Можно просто Вена, если вы не против, – смущённо предложила девушка.

Учитель резко обернулся и устремил на неё удивлённый взгляд. Провёл пальцем под носом. Над губой образовались мазутные усики.

– Хорошо, Вена, – подчёркнуто вежливо ответил он и добавил: – В таком случае, вне вашего дома можете называть меня просто Марк.

– Договорились, – кивнула Венера и громко рассмеялась.

Не понимая, к чему это, репетитор провёл под носом снова и продолжил копаться в деталях велосипеда. Усики превратились в усищи.

– Вряд ли у вас что-то получится, Марк, – смакуя короткое, но хлёсткое имя учителя, заметила девушка. – Это уже не резвый конь, а груда металла.

– Посмотрим, – с вызовом ухмыльнулся он.

Девушка отвернулась и снова подставила лицо под тёплые лучи солнца. В это время репетитор начал с силой разгибать погнутый руль. Он долго пыхтел над железным конём, но спустя некоторое время позвал владелицу. Венера лениво разлепила веки, поднялась и двинулась к нему. Она пару раз протёрла глаза, прежде чем поверить: велосипед был в том же виде, что и до аварии. А рядом с ним стоял перепачканный маслом учитель.

– Марк, спасибо вам огромное! – сияя, поблагодарила девушка.

 – Вы дважды меня сегодня спасли! Родители бы за велосипед убили. Он стоит…

– Был рад помочь, Вена, – с улыбкой перебил её Извольский и спросил, где можно отмыться.

– Здесь неподалёку горный ручей. А у меня в рюкзаке где-то был кусочек мыла. Идёмте.

Они отправились на поиски ручья. Велосипед вела Венера, чтобы Марк Антонович его ненароком не испачкал. Спустя пять минут они уже стояли возле источника, который тонкой лентой бежал с невысоких гор. Девушка вытащила жёлтый обмылок с остатками сухих трав и передала его учителю.

Тот присел над водой и увидел в отражении то, над чем так долго хохотала ученица. Бросив на Венеру осуждающий взгляд, он принялся оттирать лицо и руки. Девушка лишь издала виноватый смешок. Несмотря на то, что смазка оказалась едкой, ему всё же удалось очиститься полностью. Но от мыла ничего не осталось.

– Простите, я истратил весь кусок, – сказал Марк Антонович. – На сегодня, думаю, приключений хватит.