Квантонавты. Пятый факультет

3

В колмогоровском корпусе было светло и тихо, лишь откуда-то сверху доносились голоса и какие-то скребущие звуки. Коля прошел мимо многочисленных листов и картонок с надписями «Барьер 2x4 м», «Баррикада 1,5x3», «Ограждение» и даже «Стена из кирпича», там и сям разбросанных по небольшому вестибюлю, и поднялся на второй этаж.

Звуки доносились из-за двери с табличкой «К-212».

Коля сделал глубокий вдох, резко выдохнул и открыл дверь.

В аудитории было полтора десятка мальчишек и девчонок, по виду на два-три года старше Коли.

В центре сидел подросток с длинной челкой, в его руках была гитара – это из нее он извлекал скребущее бреньканье. Остальные неровным полукругом сидели на партах и скамейках с задумчивым видом; у некоторых в руках были планшеты. Строгая девочка стояла у доски и выводила сверхчеловеческие профили световой указкой. Единственная осмысленная надпись на доске гласила: «Гуталин».

На Колю никто внимания не обратил, лишь самый ближний к двери паренек строго посмотрел на него, прижал палец к губам и указал на скамейку: сядь и сиди тихо.

– Так, ну давайте еще раз, – сказала девочка у доски.

– Катя, может, хватит, – сказал гитарист. – Ясно же, что не то.

– Давайте пропустим гуталин, – твердо сказала девочка. – Может, дальше что-то всплывет. Ребята, копните семантику поострее, уже четко в направлении «декаданс». Поднимите справочник по периоду.

– Поднял.

– Уже? Держи контекст тогда. Кеша, давай.

Гитарист, которого звали Кешей, ударил по струнам и ломающимся, слегка гнусавым голосом запел:

– «Я крашу губы гуталином.

Я обожаю черный цвет…»[6 - Здесь и далее цитируется песня группы «Агата Кристи».]

– Так, стоп. Есть? Ну ребята!

– Всё то же, панки.

– Какие-то эмо, – подал голос ближний к Коле паренек, лихорадочно листающий планшет.

– Эмо – это что?

– Субкультура, родственная готам.

– Готы. Есть! – вскричала Катя.

– Есть! – одновременно с ней откликнулись несколько голосов. – Черное, смерть, упадок, крушение.

– Фиксируйте, фиксируйте! Кеша, дальше!

Гитарист снова ударил по струнам и продолжил:

– «… черный цвет».

Эм-м-м… «И мой герой – он соткан весь из тонких запахов конфет».

– Эфемерность.

– Временность.

– Запахи нестабильны.

– Конфеты сладкие.

– Нормально, ложится. Дальше.

– «Напудрив ноздри…»

– Есть!

– Есть!

– Дальше.

– «Я выхожу на променад, – тщательно выговаривая гласные, пел Кеша. – И звезды светят мне красиво, и симпатичен ад».