Квартетные сказки

И мне даже тут нравится! Здесь река, там город… И ветром музыку доносит…

Ветка шевельнулась, конечно, от ветра, но Женя перевела за ней взгляд в сторону школы. И удивилась:

– Неужели тебе это нравится? Ведь там же дети, это музыкальная школа! Они же совершенно не умеют играть! Ну, не все, но многие.

– А ты строгая девочка. – В голосе Ореха послышалась улыбка. – Не кажется ли тебе, что ты ко всему относишься слишком серьёзно?

И тут Женю прорвало.

– Конечно серьёзно! Ты только представь – я пришла, думала, что мне дадут играть сложный концерт… а мне сказали – будешь играть в квартете.

В каком ещё квартете! Ты, наверное, думаешь: как это прекрасно, играть музыку вместе. Но это совсем не то! Это не квартет, а… недоразумение! Ничего не может быть прекрасного, если тебе назначено играть с тремя мальчиками, которые… которые…

– Которые – что? – мягко спросил Орех. – Они как-то обидели тебя?

– Да не меня! Понимаешь… они совсем ничего не могут! Там такой один есть – Никита. Он совсем не умеет считать и все время глупо смеётся – хотя сам же и сбивается.

Я ещё только зашла, а он сразу спрашивает: «Это ты, что ли, Женя?» – прямо вот так! А потом – на меня совсем не смотрит, упёрся в свои ноты. А как вместе начать, если не смотреть?!. Потом ещё Митя. Этот с виолончелью, он всё время фальшивит. И, кажется, злится. Вот чего злиться, если сам же и не можешь чисто сыграть?

– Ну, как, – ответил Орех. – Это как раз чаще всего. На себя и злишься, что не выходит.

– Ну да, это конечно… Но мне даже страшно с ним, понимаешь? Так смотрит… кажется, сейчас как швырнёт свой пульт с нотами – прямо в меня!

– Ладно, я понял, – сказал Орех.

 – Похоже, тебе и правда непросто. Ну, а кто у нас четвёртый? Квартет – это же четыре, так?

– Четвёртый – Серёжа… И этот Серёжа вообще какой-то странный. Он просто молчит, и всё. В окно смотрит. Мне кажется, он вообще ничего не хочет… Только ждёт, пока урок закончится и можно будет идти. И, понимаешь, вот всё равно… они такие разные, но как будто втроём – вместе.

А я им мешаю, я им – лишняя.

– Подожди, – остановил её Орех. – Они же только учатся. Ты же не думала, что они сразу заиграют, как большие артисты?

– Нет конечно. Я и сама могу иногда ошибиться. Но, понимаешь… понимаешь, мне кажется – они мне совсем чужие. Все – совсем – чужие, понимаешь? Я тут не могу!

Орех помолчал, а потом заговорил – тихо, будто из самой сердцевины ствола.

– Женя, – сказал он, – ты знаешь, бывают такие грустные дни.