Кедровое солнце

Потом, приглушив обороты, неожиданно спросил Сергея:

– Хочешь на тракторе порулить?

Сережа растерялся и потому неуверенно ответил:

– Не знаю…

– Чего ты, боишься? – удивился Петька и остановил трактор. – Иди сюда. – Сережа подошел. – Вот, смотри, – стал показывать Петька, – выжмешь вот эту педаль и включишь вторую скорость, вот сюда. Тут, на схеме, показано. Добавишь газ и потихоньку отпустишь педаль. Понял?

– Д-да…

– Дружок твой, Васька, во всю гоняет. – Петька сверкнул темными глазами и спрыгнул на землю.

 – Когда будешь ехать, смотри, чтобы переднее левое колесо у тебя шло по крайнему следу. Понял?

– Д-да…

– Ну, садись.

Сережа неловко взобрался на сиденье и испуганно замер, не зная, с чего начинать, но Петька стоял рядом, ободряюще улыбался ему, и страх перед громыхающей машиной постепенно прошел. Он выжал педаль и включил скорость. Когда начал трогаться, двигатель чуть было не заглох.

– Газу! Газу поддай! – прокричал Петька и, перегнувшись, сам рванул ручку газа вниз.

 – Теперь давай…

Сергей отпустил педаль, трактор сильно дернулся и покатил по полю.

– В следующий раз педаль отпускай плавнее.

Петька шел рядом с трактором, а потом ловко вспрыгнул на грабли и в аккурат успел оставить валок.

Оцепенение, скованность постепенно проходили, взмокшие ладони на баранке просохли, и минут через двадцать Сережа даже рискнул оглянуться на Петьку. Тот кивнул ему, стряхивая на сторону смоляной чуб: дескать, все нормально, жми в том же духе.

И Сережа проехал до самого конца поля, а когда надо было поворачивать, Петька на ходу перебрался к нему и помог сделать разворот.

И вот они идут обратной ходкой, а навстречу Ванька Козел на «Универсале», и Сережа видит, как у него «отваливается челюсть» от удивления, а Васька, дергая ручку, показывает ему большой палец и улыбается во весь рот. Перед Васькой Сереже неудобно: ему сейчас приходится тяжело, а Сережа на его тракторе раскатывает… Он оглядывается на Петьку, но тот одобрительно машет ему, сонно поводя глазами.

Последующий разворот Сережа выполняет сам. Впервые к нему приходит сладостное чувство власти над машиной, от которого мурашки бегут по спине, а рука непроизвольно давит ручку газа до упора вниз. Он вспоминает, как очень давно, на катере, Володька Басов дал ему покрутить рогатое колесо – штурвал.