Китайские сказки

Но как только они разрезали эту тыкву, то к своему большому изумлению обнаружили в ней маленькую прелестную девочку.

– Как же быть? – снова задумались женщины. – Ведь девочка – не тыква, её не разделишь, разрезав пополам! Кто из соседей будет её растить, и чьё имя она будет носить: Мын или Цзян?

Не в одной из этих семей не было детей, и соседи договорились, что будут растить её вместе, и имя у девочки будет Мын Цзян-нюй, что означало «девочка из семей Мын и Цзян».

Девочка так и росла то в семье Мын, то в семье Цзян, и спустя годы расцвела, словно прекрасный цветок, согретый ласковыми лучами двух светил.

В одной из семей девушка впитала незаурядный ум, а в другой – редкую душевность и доброту.

Так случилось, что в тот момент, когда соседки достали из тыквы свою дочку, на далёком юге в месте под названием Гусу на свет появился мальчик. Родители назвали его Фан Хун-лян.

Мальчик рос крепким и здоровым, радуя своего отца и мать. Но когда он возмужал и превратился в статного и сильного юношу, родители горько пожалели, что их сын не был хилым и больным.

И вот почему.

В то время правителем Поднебесной был император из династии Цинь, которого звали Ши-хуанди. Он-то и вознамерился построить великую стену, которой не было бы равной ни до его правления, ни после. Строительство шло уже много лет, и так как Цинь Ши-хуанди был уже далеко не молод и хотел увидеть, как Великая Китайская стена будет гордо простираться на многие ли. Поэтому честолюбивый правитель торопил чиновников, следящих за строительством, а те в свою очередь не щадили бедных строителей и бедняги гибли сотнями от непосильного труда и побоев.

Но им на смену пригоняли всё новых и новых людей на это строительство. А тех, кто убегал, ловили и замуровывали в стену в назидание остальным.

Со всех провинций Китая сгоняли народ, Гусу тоже не стала исключением. Крепкий и сильный Фан Хун-лян был схвачен стражниками и вместе с другими беднягами был отправлен на строительство стены.

Год трудился Фан Хун-лян, укладывая тяжёлые камни и в холод, и в зной, подвергаясь постоянным понуканиям, а иногда и побоям от стражников. Голод и жажда, изнурительный труд были постоянными спутниками юноши, но всё же они не так терзали его душу, как тоска по родным местам.

И вот Фан Хун-лян решился на побег. Он убеждал и других бежать вместе с ним, но страх останавливал и без того несчастных людей, и потому юноша сбежал один.