Китайские сказки

Они вышли из чудесной фанзы, и она тотчас исчезла, а на её месте остались лежать лепестки пиона. Красавица взмахнула рукой и лепестки, кружась, поднялись над землёй. Она протянула руку, и лепестки послушно упали ей на ладонь. Протянув их юноше, девушка-пион сказала:

– Если Лю-старый волк и в этот раз не захочет тебе заплатить, то выйди на пустынное место и развей эти лепестки.

Бао Чжу поблагодарил красавицу и отправился к своему подлому хозяину. Но когда он обернулся назад, прекрасная девушка уже исчезла, а у подножия горы стоял замёрзший куст пиона, припорошенный белым снегом.

Холодный ветер дул ему в лицо, снег мешал идти, но Бао Чжу, как не странно, не чувствовал ни усталости, ни холода. Нежные лепестки пиона он спрятал на своей груди, и там, где он проходил, расцветали цветы, радуя его глаз. Как и раньше пышные головки астр кивали ему при встрече, яркие хризантемы, словно руки, тянули к нему свои ветви, а благоухающие розы, будто улыбаясь, раскрывали свои бутоны.

Бао Чжу подошёл к фанзе помещика и, взглянув на свои ноги, с удивлением обнаружил, что железные сапоги изношены.

Уверенным шагом он направился к хозяину и сказал ему:

– Я износил твои железные сапоги!

Лю-старый волк посмотрел на сапоги и глазам своим не поверил.

– Как ты умудрился за три дня разбить мои железные сапоги? – закричал он в гневе.

– Я справился с тем, что ты мне приказал, поэтому дай мне расчёт! – смело сказал Бао Чжу.

– Ты испортил мои самые прочные сапоги, а теперь смеешь просить денег? – взбесился богач.

 – Убирайся прочь, ничего ты не получишь!

Слуги помещика вытолкали юношу за ворота, и тогда он отправился к ближайшему пустырю. Он остановился на заснеженной поляне и развеял лепестки пиона по ветру. Лепестки закружились в воздухе, а когда опустились на снег, на этом месте возникла белоснежная фанза, а снег вокруг неё превратился в серебро. Бао Чжу вошёл в фанзу, лёг на мягкий кан, укрылся одеялом и крепко заснул.

Все в деревне стали говорить только об этой фанзе на пустыре.

Узнал о ней и подлый помещик, но только не поверил словам людей. Но любопытство не давало ему покоя, и он, забравшись на крышу своей фанзы, взглянул в сторону пустыря. Блеск серебра ослепил его и его руки затряслись от жадности.

На следующее утро он забрался в свой паланкин и велел слугам нести его на пустырь. И как только увидел Лю-старый волк драгоценные стены фанзы, так чуть не задохнулся от зависти.

Бао Чжу вышел на порог, и у помещика глаза на лоб полезли.