Рим должен пасть

– Ну, заходи, сынок, – сказала она, с трудом оторвавшись от него, – а то, что это мы в дверях стоим. И друга приглашай. Давно вас ждем. Поезд-то уже час как пришел.

– Да мы задержались немного, – оглянулся на друга Леха, подмигнув, – пива попили. Жарко очень на улице.

– Здравствуйте, – поздоровался Федор, опуская мешок на пол.

Леха не стал с порога потрясать мать происшедшим у «Маркета». После обеда дворы в городе напоминали пустыню. Пока бежали да по лестнице поднимались, им никто не попался.

Как домой вошли, тоже кроме матери никто не видел. Может, и пронесет.

Потом они ели борщ, пили чай. А когда пришел отец Лехи Владимир Валентинович, невысокий крепкий мужичок, много лет проработавший слесарем на судоремонтном заводе. Подобных ему людей, заслуживших всеобщее уважение (а это сержант доподлинно знал из многочисленных рассказов своего приятеля), на производстве во все времена звали исключительно по отчеству.

В данном конкретном случае Ларин-старший, естественно, именовался Валентинычем. Он обстоятельно пригладил макушку, почесал кончик носа, крякнул, и на столе появилась беленькая. Сын-то уже большой. Солдат.

Валентиныч Федору понравился – простой рабочий мужик, привыкший честно пахать всю свою сознательную жизнь. Причем работать Валентиныч предпочитал больше руками и трудностей никогда не боялся. Сержант хозяину тоже пришелся по сердцу, как и Лехиной матери, Антонине Алексеевне.

– Мы ведь, Ларины, сюда из-под Воронежа переехали, – неторопливо рассказывал Валентиныч, наливая сержанту очередную рюмку. – Давно. Лет пятнадцать будет. Друг все зазывал, он тут большим начальником состоит. Цехом управляет на судоремонтном заводе.

Федор кивнул.

– Ну, а у меня в Воронеже дела как-то не складывались – не ладил с начальством.

Сержант бросил короткий взгляд на рядового Ларина и снова кивнул.

– Друг мне тут предложил приличную работу по специальности. Да и море рядом. А я же без рыбалки не человек. Вот и переехали. Мать сначала переживала, огород ведь оставить пришлось, а потом привыкла. Устроилась работать в местную школу, ну, и по хозяйству само-собой…

Так они просидели не меньше часа, пока разговор не перетек на отвлеченные темы.