Рим должен пасть

Больше всего это похоже на античный караван грузовых судов под охраной военных, – пробормотал ошарашенный Федор. – Может, киношники? Тогда точно не наши. У наших на такую декорацию денег не хватит. Проще на компьютере нарисовать…

– Может, клуб любителей древних кораблей? – неожиданно высказал здравую мысль Леха, не меняя курса. – Сейчас таких немало. Забугорные в основном. Я слыхал. Строят черте что за бешеные деньги, сами в доспехи разные наряжаются, а потом рассекают на деревянных баржах по морям, что твои древние греки.

Рекорды устанавливают. Выясняют, может эта посудина плавать или сразу потонет? – он даже сплюнул за борт. – Хотя, нам-то какая разница? Главное, чтобы до Туапсе дотащили, а не к себе за границу.

– Ну да, – рассеянно согласился Федор, вцепившись в борт и припоминая, где он мог видеть этот штандарт с диском и полумесяцем[6 - На изображениях карфагенского гребного судна, сделанных на скульптурных памятниках и на карфагенских монетах того периода, есть штандарт, увенчанный диском и полумесяцем.

Этот символ встречается очень часто. Есть все основания полагать, что он был штандартом Карфагена.]? В Риме, кажется, таких не было. В Греции тоже. Но с уверенностью он сказать не мог. Не настолько хорошо успел изучить вопрос.

Между тем, они сближались с этим странным караваном и даже слегка его обгоняли. Леха прикинул на глаз скорость, с которой они шли, и выдал расчет:

– Успеем. Аккурат на первые корабли выходим, если не свернут.

Скоро войдем в контакт. Давай маши руками, сержант, а то вдруг не заметят?

Он посмотрел на приближавшиеся корабли, облизнул соленые губы и, как ни в чем не бывало, продолжал держать курс. Похоже, Леху совсем не волновал их странный и вычурный вид. Корабли как корабли. С парусами – и ладно. Грести не придется. Федор даже позавидовал полному отсутствию воображения у своего друга. А вдруг они сейчас участниками киносъемок окажутся? Или масштабной инсценировки? Или вообще во время шторма в далекое прошлое провалились? Вот уж тогда точно смешно получится…

Когда до квинкерем оставалось не больше сотни метров, их, наконец, заметили.

Федор отчетливо разглядел трех черноволосых и бородатых мужиков, стоявших у ограждения на борту «грузовика». Одетые в серые балахоны, они с интересом разглядывали тельняшки изможденных морпехов – сине-белые полоски морской души. Единственное, что осталось на друзьях из военной формы.