Клуб заклятых врагов

– Ну вот и приехали, моя красавица! – сказал Гаспар, зевнул и потянулся в кресле.

Один могучий прыжок – и я уже на знакомой платформе, где так и бегают всякие ноги и сумки с чемоданами на колёсиках. Я окропила землю Прованса – и Прованс теперь был весь мой.

Наша машина спокойно дожидалась нас на парковке. Но как только мы в неё сели, рванула как ракета, чтобы мы побыстрее оказались дома.

Ничего у нас дома не изменилось с нашего отъезда. Каждый запах на своём месте. В прихожей, как всегда, пахнет укропом, в гостиной – тмином, в кухне – ливерной колбасой, а в моей корзинке – мной.

Лично я обожаю, когда ничего не меняется.

Пока Гаспар открывал чемоданы и окна, я уселась на террасе понюхать, чем пахнет наша первая ночь зимних каникул.

Кипарис благоухал белкой-хохотушкой. И я – Гурти я или не Гурти – обязательно её поймаю. Я даже знаю, что с ней сделаю. Как только я её схвачу, сразу запихну в морозилку, а в Рождественскую ночь достану всю такую замороженную, и у меня на десерт будет полено-мороженое.

Со стороны домика дедушки Норбье потянуло домашними туфлями и мёдом. Значит, моя верная подружка Петунья на месте!

Мы с ней отлично повеселимся. Петунья даже не подозревает, как часто она влипает во всякие нелепости, а я нелепости очень люблю. Лично я считаю, что это смешно.

А ещё издалека до меня донёсся успокоительный запах переваренных сардинок. Я рада. Значит, худший на свете кот, Кот-задом-наперёд, мой самый надёжный враг, по-прежнему нас навещает.

Приятно, что все мои приятели, даже самые мне неприятные, по-прежнему тут. Завтра я со всеми повидаюсь, а пока побегу-ка я спать. Безделье в поезде меня жутко измучило. А завтра я должна быть в форме, чтобы всерьёз заняться зимним отдыхом.

– 11 декабря –

На радостях, что у нас настали каникулы, я неслась по полю со скоростью ракеты к домику, где живёт Петунья со своим человеком дедушкой Норбье.

Спешила повидаться с лучшей подругой.

Петунья, она со странностями, но это не повод, чтобы смеяться.

Например, она не умеет говорить «да», она говорит «а». И «радость» тоже не умеет, говорит «раасть». За ней нужен глаз да глаз. Стоит ей разволноваться, как лапки у неё сводит судорогой, они становятся жёсткими-прежёсткими, как у пластиковых фигурок. Смешно, конечно, но не Петунье.

По дороге мне встретилась собака-бочонок, которая уставилась на меня, как дурочка.

– Гурти?!! Это ты??? – спросила собака.