Клык и Хвост

Волчонок думал: «Даже если б кто-то и решился на меня напасть – я б в тот час это услышал ещё на большом расстоянии. Предположим, что шакал бы каким-то образом ко мне подкрался и напал. Я б тут же среагировал и увернулся! Цапнул бы его и ринулся за подмогой. Разве он смог бы меня догнать? Тем более, что я знаю наш лес, как свои четыре лапы». С последней мыслью Клык гордо улыбнулся.

– Так и лежишь здесь, оболтус? – спросил статный волк с шикарной темно-серебряной шерстью, и сел рядом с волчонком.

– Лежу, дядя Шторм.

Что ж ещё мне делать? Ведь на самом деле я должен быть совершенно в другом месте, – в голосе Клыка слышалась нескрытая обида.

– Не серчай, что Роми тебя наказал, – на самом деле папу Клыка звали Гром, но дядя очень любил менять имена близких на свой вкус. По его словам, так выражалось особо тёплое отношение к тем, кто получал подобные прозвища. – Ты же знаешь, как мой суровый братишка тебя любит. Любит больше, чем я! А это почти невозможно, Зубик.

Последние попытки Клыка сохранить серьёзно-обиженное выражение лица были тщетны.

Он быстро сел и с улыбкой посмотрел на своего любимого дядюшку. Тот ответил ему тем же и легонько укусил юнца за ухо. Клык тут же принял этот жест, как вызов и, отскочив от рядом стоящей берёзы, в миг оказался на больших волчьих плечах Шторма.

– Ах ты, маленький сорванец! Как ты это сделал?!

– Это всё моя неповторимая ловкость! – самодовольно ответил волчок уже во всю кусая дядины уши.

– Обвааал! – с этими словами большой волк свалился на бок, а Клык кубарём покатился по траве.

Через секунду волчок уже вскочил и вновь запрыгнул на хохочущего дядюшку.

– Это против правил! Ты использовал свой большой корпус!

Шторм опять рассмеялся.

– Каких ещё правил? Я использовал, что мог против эдакого шустрого парня!

Они ещё боролись, как вдруг схватку прервал мамин голос:

– Веселитесь, мальчики?

Волки быстро поднялись и начали отряхивать шерсть от прилипшей травы. Только сейчас Клык обратил внимание, как сильно уже стемнело.

– Шторм, ты вроде бы хотел обойти территорию перед сном.

– Так и есть, Зи, – настоящее имя мамы Клыка было Зора. – Я уже прошёл пол пути, как наткнулся на этого тоскующего мальчугана.

– Похоже, что сейчас тоска заметно поубавилась, – сказала волчица строго, но не без снисходительной улыбки.

Клык очень часто не мог понять, когда мама говорит серьезно, а когда просто подшучивает. В этом плане с дядей было куда проще.

– Я просто перевёл дух, сестра.