Клятва московской принцессы

Лучше давай все разом и перекатим, – решил по-своему Коржик.

– О-о-о, да у него тридцать девять, – тяжело вздохнула Марина Николаевна. – Точно грипп. Завтра останешься на весь день в постели.

Егору уже было так плохо, что он даже не спорил. Хотелось одного: закрыть глаза и провалиться в небытие. Главное, больше не видеть сны. Он их, к счастью, и не увидел. А пробудившись наутро, почувствовал себя совершенно здоровым. Ни температуры, ни слабости, будто болезнь ему тоже приснилась. Правда, ни Коржика, ни его кровати в комнате не было.

Дом был объят тишиной. Егор босиком выбрался из своей комнаты и с осторожностью заглянул в комнату Федора Николаевича. Две аккуратно заправленные кровати, и никого. Он уже собирался выйти, когда уловил свое отражение в зеркале на дверце шкафа и потрясенный замер. По всей его шее шли темные синяки, словно кто-то пытался его задушить. Подойдя вплотную к зеркалу, он ощупал кожу на шее. Больно. Но ведь ведьма душила его во сне. Или Коржик так постарался? Не может быть! Но что делать? Марина Николаевна ни в коем случае не должна заметить этот ужас на его шее, иначе наверняка решит, будто он болен чем-то неизвестным и опасным.

Стремительно возвратившись к себе в комнату, Егор натянул свитер с высоким горлом и, сбегав к дяди-Фединому зеркалу, проверил. Действительно, ничего не заметно. Пусть Марина Николаевна лучше считает, что у него действительно грипп и его знобит. Тогда свитер не вызовет у нее подозрений.

Вскоре внизу раздались голоса.

– Он проснулся, – радостно объявил дядя Федя.

– Как ты себя чувствуешь? – склонилась над Егором мама Никифора.

– Да температуры вроде нет, – нарочито слабым голосом отозвался тот. – Вот только знобит.

– Раз знобит, значит, температура, – уверенно констатировала Марина Николаевна. – Давай-ка померяем. А Федя пока тебе принесет завтрак. Молодец, что оделся, это совершенно правильно, – одобрила она, заметив на мальчике свитер.

К ее удивлению, градусник показал нормальную температуру. Она пожала плечами:

– Странно. Но ты все равно сегодня полежи. Может, еще поднимется. Не зря же озноб. А пока поешь. Вот тебе яичница, чай с медом…

– Да я и вниз могу спуститься, – медлил Егор принимать поднос из рук дяди Феди.

– Вот если к обеду температура не поднимется, сможешь спуститься, а пока лежи, – напутствовала его Марина Николаевна.