Книга сказок

Обрадовался он, стал со слезами прощения просить, а она ему говорит:

– Полно, отец, что было, то прошло! Мне из-за моего несчастья посчастливилось: живу с мужем в любви и согласии, ни о чём не печалюсь, ни на кого зла не держу!

Позвала она его во дворец, угостила на славу, а на прощание дала целый мешок золотых монет.

Подходит он к дому, а во дворе его пёс заливается:

– Р-гав! Несёт хозяин золото! Несёт хозяин золото!

Мачеха стала пса утихомиривать, а он никак не угомонится.

Разозлилась, схватила палку и давай его колотить:

– Нечего тут брехать! Дураку понятно, что несёт старик мешок костей!

Но пёс от неё по двору носится и знай своё талдычит:

– Р-гав! Несёт хозяин золото!

Жена встретила мужа на пороге. Она была уверена, что он косточки дочери принёс, чтобы достой но похоронить. А он мешок к её ногам положил, и из мешка золотые монеты посыпались.

Жена так и ахнула:

– Это откуда?!

– Дочка подарила, – ответил он и рассказал, где дочку нашёл и как она его привечала.

Злая женщина чуть не задохнулась от зависти.

– Отведи-ка ты мою дочку в лес, – говорит. – Она ещё большего счастья достойна, чем твоя замарашка!

Хотел было муж жену отговорить, но не решился: больно злая она была. Отвёл он падчерицу, как жена велела, на лесную поляну да там и оставил, а сам домой вернулся и спать лёг. Жена всю ночь ворочалась, еле утра дождалась.

Ещё только светать начало, растолкала мужа:

– Ступай скорее в лес, за дочкой моей ненаглядной, да мешок побольше захвати!

Пришёл тот на лесную поляну, а у самого кошки на душе скребут. Вдруг замёрзла она или, может, комары её всю облепили, а то, глядишь, волки могли поблизости рыскать… На поляне девушки не оказалось. Стал он ходить-бродить, по имени её кликать, но в ответ только птицы щебетали да филин в лесной чаще ухал.

Вдруг видит: коршуны кружат над лесом. Ёкнуло у него сердце, пошёл он к тому месту, которое коршунов привлекло. Видит: лежат обглоданные человеческие косточки да лоскуты платья, в котором девушку в лес отвёл. До слёз жаль ему её стало, хоть и капризная она была, а его самого ни в грош не ставила. Но делать нечего, собрал он косточки и клочья одежды, сложил в мешок и поплёлся домой.

Идёт, а ноги его не несут, подкашиваются.