Когда мы были взрослыми

Кирилл открыл дверцу, ввалился на сиденье и тут только перевел дух. Конечно, ему было немного страшно – еще никогда он так грубо не нарушал один из строжайших отцовских запретов – ни при каких обстоятельствах не прикасаться к машине – но сейчас парень считал, что игра стоит свеч.

Его рука как бы сама потянулась к замку зажигания с ключом. Он точно знал, что надо делать. В него как бы вселились навыки вождения машины.

Теоретически Кирилл понимал весь порядок действий. Но его рукам не хватало элементарного опыта.

Помогло то, что отец когда-то пытался учить его, еще маленького, как обращаться со всеми этими педалями, рулем.

«Ура!» – решился наконец Кирилл, нажал педали в очередности, показавшейся единственно правильной, сдвинул рычаг переключения скоростей, и машина плавно выехала из гаража. Надо было закрыть ворота. Он остановился, посидел немного, наслаждаясь чувством гордости, и полного удовлетворения собой. Потом вышел, закрыл ворота гаража, сел в машину, проделал те же движения руками и ногами, напоминающие ему ритуальный танец, – порабощение автомобиля человеком – и тронулся вперед, навстречу приключениям.

Автомобиль вел себя, как покорный слуга, подчиняющийся малейшему движению пальца. Когда Кириллу хотелось, автомобиль немного замедлял ход, слегка притормаживая, потом «водитель» плавно пускал машину вперед, сливаясь с ней. Машина, явно заскучавшая в гараже, вела себя, как застоявшийся конь.

– Да, вот что значит – взрослый человек! – подумал он.

 – Что хочу, то и делаю. Захочу – поеду сюда, захочу – туда, и никто мне не указчик. Могу вообще остановиться.

Но останавливаться Кириллу как раз не хотелось, и он продолжал движение вперед, вырулив из небольшой, пустынной улочки, которая вела от дома, на довольно оживленное шоссе.

Тут ему, конечно, необходимо сосредоточиться. Справа и слева его обгоняли машины. Когда Кириллу вздумалось повернуть, какой-то водитель, высунувшись из окна своего автомобиля японской марки, грубо крикнул ему:

– Мужик! Что тебе, жить надоело? Ты смотри, куда едешь, куда поворачиваешь, – следом пошел поток легкопроизносимого и трудно переводимого на другой язык русского фольклора.

Сердитый водитель прибавил скорость и уехал, а Кирилл, остановившийся в полной растерянности, вдруг понял, что знания, как водить автомобиль, у него есть, а вот правила дорожного движения никак не воспроизводились ясно в его мозгу.