Когда мы были взрослыми

– Ну и что в ней интересного, в этой Годзилле? Какой-то урод по улицам ходит и машинами швыряется – только первоклассникам и глядеть! Не, я в кино не пойду, хочешь – обижайся, хочешь – нет!

– Чего мне на тебя обижаться, я эту Годзиллу уже два раза видел. Думал, просто время проведем, покурим… – внезапно Кирилл замолчал и, как-то сразу ссутулившись, потащил Кольку в середину толпы. – Смотри – видишь, вдоль ограды идет?

– Да кто идет-то, дурак? Что ты мне в куртку вцепился, как клещ, – Колька недоуменно крутил головой, не успевая за другом, который сноровисто пробирался в самую гущу запорошенных снегом людей.

– Да лучше бы глюки! Вон, рядом с афишей… Чего она остановилась? – Кирилл выглядывал из-за столба, облепленного объявлениями, а Колька на всякий случай укрылся за габаритным дядькой в замызганном пуховике.

– Теперь видишь?

– Ага, еще бы! Кошкалда, я ее и в противогазе узнаю! Как ты думаешь, почему она не в школе?

– Откуда мне знать! Слушай, а давай за ней посечем – ведь не узнает.

– Вообще-то мы ко мне собирались – или ты раздумал? – рассеянно спросил Колька, неотрывно наблюдая за учительницей английского, которая зябко поводила плечами, стоя в стороне, возле афиши с изображением какого-то народного хора.

– Нет, не раздумал, просто я по натуре – шпион. Как Рихард Зорге!

– Дурак ты в натуре, вот кто! Мы сейчас запросто можем в школу успеть, если Кошкалда не на уроке. Ты же сам утром говорил, что за тобой батя после занятий зайдет!

– Фиг с ним, с моим батей! Он сначала говорит, а потом его в какие-нибудь командировки посылают – суток на двое!

Кирилл почувствовал настоящий охотничий азарт – ему во что бы то ни стало хотелось узнать, почему их учительница английского ждет на заснеженной улице запропастившийся куда-то автобус, вместо того чтобы писать на доске артикли и требовать от учеников правильного произношения всем осточертевших зубных звуков.

Колян во время этого диалога продолжал смотреть на «англичанку» так, как будто хотел превратить ее в камень или испепелить.

Но учительница не окаменела и не превратилась в дым, а внезапно двинулась прямо к остановке – подъезжал желтый «Икарус»-гармошка, и ребятам пришлось вместе с другими пассажирами нырять в открывшиеся перед ними двери.

В автобусе было тепло и тесно, и Кирилл с Колькой, уткнувшись носами в заиндевевшее стекло, зорко косились на издалека заметное красное пальто учительницы.