Когда мы были взрослыми

– Между первой и второй… – начал он, – промежуток небольшой, – дружно подхватили все, и снова послышался звон фужеров.

Молча наблюдавший за всем Кирилл, как ни странно, чувствовал себя очень скованно в компании старых Колькиных друзей и никак не мог включиться в общий разговор. Захмелевшие друзья вспоминали о приколах в старой школе, учителях, одноклассниках, смеялись, держась за животы, не обращая на Кирилла никакого внимания, который чувствовал себя не в своей тарелке.

– А как насчет курнуть? – предложил Серж, направившись к балконной двери.

– Все за, – подхватил Колька, и, наконец-то обратив внимание на молчащего друга, спросил: «Пельмень, чего-то я тебя не узнаю, ты что, как в воду опущенный, курить идешь?»

– Да нет, я не хочу, голова чего-то побаливает, – заметно покраснев, отказался от предложения Кирилл.

– Ну смотри, – отстал Колька и вышел на балкон, где громко смеялись его бывшие одноклассники, прикуривая от одной зажигалки.

«И зачем я только пошел? Ты с ними подружишься, – мысленно передразнивал Кирилл Колькины слова.

– Какой уж там подружишься. – тоскливо думал он, одиноко сидящий за столом, злясь на Кольку и на себя.

– У них свои разговоры. А Колька – тоже друг называется – променял меня на этих своих приятелей и разглагольствует с ними».

Из балконной двери высунулась Колькина голова. – Кирюха, иди сюда, там Витек такой прикол рассказывает, – весело позвал он Кирилла, но увидев опечаленное лицо друга, вышел и присел рядом с ним.

– Ты чего на моих именинах скучаешь, как царевна Несмеяна, тебе дружаны мои не понравились?

– Да нет, я не скучаю… Я же тебе сказал, что у меня голова болит.

– У меня такое ощущение, что тебе не нравится моя компания, ты как-то странно себя ведешь и даже участия не принимаешь в нашем разговоре. Пойдем, песни под гитару споем, Санек знаешь как здорово играет, – весело предложил Колян.

– Да нет, я посижу немного, может голова пройдет, – отказался от предложения Кирилл. – Я потом к вам присоединюсь, ладно?

– Ну, как знаешь… – обиженно произнес Колька и вышел на балкон, где его гости пели песню Цоя про пачку сигарет и самолет.

Кириллу стало еще тоскливей, он вышел из комнаты и незамеченный никем проскользнул на лестничную площадку. Спустившись этажом ниже, он прислонился разгоряченным лбом к холодному стеклу подъездного окна и уставился в темноту.

Услышав шаги, Кирилл обернулся и увидел поднимающуюся вверх по лестнице Аню.