Коллекция в бегах

А без этой помощи, говорит папа, работать над разоблачением преступников становится все труднее.

В общем, как папа говорит, дело Понизовского – это его головная боль. И папа обязательно должен от нее избавиться. А для этого нужно собрать все доказательства, разыскать похищенное и привлечь Понизовского к суду. Вместе со всеми его подельниками.

Вот такие мысли донимали меня по дороге на дачу. Не знал я только, что эти же мысли донимали и Алешку, но я помалкивал в задумчивости, а он прикрывался всякой болтовней.

И еще я не знал, что очень скоро мы с ним окажемся в самом центре событий, которые развернутся вокруг дела Понизовского и его бандитской команды.

В одном месте папа притормозил, а красный «Форд» обогнал нас и остановился на обочине.

– Вот наглец! – сказал Павлик. – Давайте, товарищ полковник, я ему по тыкве настучу.

– Успеешь, – пообещал папа, сворачивая возле красиво раскрашенного указателя по имени «Д/т «Палитра». Причем эта «Палитра» чьей-то хулиганской рукой была исправлена на «пол-литра».

– «Д/т», – спросил Алешка папу, – это что, детский театр?

– Дом творчества, – объяснил папа.

– А «пол-литра»? – хихикнул Алешка.

Павлик тоже хмыкнул, а папа все так же терпеливо объяснил:

– Здесь живут, отдыхают и трудятся художники. Творческие люди. Потому и «Палитра».

Алешка, конечно, дурака валял. Он сам хорошо рисует и прекрасно знает, что такое палитра. С «поллитрой», как некоторые другие, не путает.

Впереди показались ажурные ворота, над которыми красовались железные буквы «Палитра» (неисправленные), и она сама с кружочками красок и с тремя остроконечными кисточками.

Мы проехали немного за воротами и неприметно остановились в сторонке, возле кучки деревьев. Папа выключил движок и повернулся к Павлику.

– Вот этот красивый дом, – сказал он, – в конце аллеи, с колоннами. Допроси очень внимательно потерпевшую гражданку Карякину. Особенно по части ее окружения. И особо о тех лицах, которые в ее окружении появились не так давно.

Павлик вышел из машины и пошел к дому с колоннами.

– Красиво идет, – хихикнул ему вслед Алешка. – Как на свадьбу.

Забегая вперед, скажу: он не ошибся. Но об этом позже, в свое время и в своем месте. А сейчас Павлик поднялся на крытое крыльцо, позвонил, и дверь ему открыла, впуская внутрь, юная девушка. Наверное, та самая потерпевшая гражданка с «красивой» фамилией Карякина.