Есть совпадение

Чем дольше она смотрит, тем усиленней начинают крутиться винтики в моем мозгу в попытке придумать, как загладить глупость, которую я сказала, чем-то еще более глупым – словно я собираю многослойный сэндвич из глупых высказываний.

– Я думаю, что денежный фактор может все разрушить.

Савви делает вдох и тщательно подбирает слова для ответа.

– Я не несчастна только потому, что зарабатываю деньги.

Наконец всплывает то, что раздражало меня с самого начала, с момента когда мы с ней встретились. Она даже не потрудилась рассказать о своем инстаграме, потому что и так знает, что я его видела.

Она не сомневается, что я трачу свое время, кликая на ее рекламные посты для кормов Purina, рассматривая снимки с модной едой и любуясь на гору именинных воздушных шаров.

И хуже всего то, что она совершенно права.

Она отворачивается от меня, вновь уставившись на озеро.

– В конце концов, тебе придется зарабатывать на жизнь, – говорит она, пожимая плечами, словно ее это не особо волнует, хотя это явно не так.

 – Разве ты не должна заниматься тем, что любишь?

Господи. Я пришла сюда в поисках союзника, а вместо этого встретила самую нетинейджерскую девчонку-подростка во всем Сиэтле. На глаза наворачиваются слезы, как у глупого ребенка, а разочарование настолько переполняет меня, что я не знаю, как его выплеснуть, кроме…

– Тебе нравится позировать с бутылками воды, с ног до головы обтянутой спандексом?

Черт.

Ее рот снова складывается в тонкую линию, она поворачивает голову в мою сторону так быстро, что ее конский хвост делает небольшой щелчок, рассекая воздух.

Я замираю, не понимая, кто из нас больше потрясен: она или я.

Я открываю рот, чтобы извиниться, но Савви отворачивается прежде, чем успеваю это сделать, и смотрит на крякающих малышек. Их крики достигли предельного уровня, той грани безумства, за которой, как мне известно из моего обширного опыта общения с братьями, следует либо приступ безудержного смеха, либо слезы.

– Ну так нет никакого тайного утиного королевства? – спрашивает Савви, словно последней минуты и вовсе не было.

От облегчения мои ноги становятся такими тяжелыми, что мне хочется сесть в траву или уткнуться в нее лицом, дабы спасти себя от возможности выпалить что-нибудь такое, что может снова все испортить. Я не привыкла к новым знакомствам и попыткам найти общий язык. Всю жизнь я ходила в одну школу, а моими лучшими друзьями с детства были Конни и Лео.

– Даже утиной династии нет, – говорю я, издавая стон.