Кордон «Ромашкино»

Вроде гриппа. А вот остаточные явления не проходят уже второй год. Зато теперь у нас в школе большой литературный кружок. Мы, кроме стихов, прозу начали писать. Тоже получается. Так все говорят… Хотите мои стихи послушать? – вдруг оживилась Катя. Ее глаза вспыхнули и забегали. В голосе прорезались хищные нотки.

Не в том смысле, что она хотела съесть своего спутника или ту же Зорьку. Нотки пели про другое: дайте, дайте же мне почитать свои стихи!!!!! И у Соловья тут же появились сомнения: а истинны ли результаты лабораторных исследований Зорькиного заболевания?

– Подожди, подожди! – Разбойник смахнул со лба испарину.

 – Ты еще успеешь это сделать. Лучше объясни, как ваша корова подцепила заразу. Кто-то занимался проблемой?

– Ой, да тут и так все ясно, – пробубнила Катя, разочарованная нежеланием Соловья насладиться ее стихами. – Зорька сорвалась с привязи – мы ее обычно на лугу перед домом оставляем – и ломанулась в лес, к источнику с живой водой. Она ее обожает. Я не сразу сообразила, где искать.

А когда нашла, корова уже успела набить брюхо пограничной травой. Мама ей слабительного дала, думала, на том дело и кончится. Как бы не так! Пронесло Зорьку ого как! Мы навозом целую огуречную грядку удобрили. Но часть травяного сока успела попасть в кровь…

– А откуда такая говорливость? Тоже трава с нашей стороны виновата? Так коровы у нас больше доятся, чем разговаривают.

– Сама удивляюсь. Я даже Зорьку спросила.

– Весьма любопытно. И что она?

– Сказала, будто ее стихи – это разговор со Вселенной словами любви.

Что любовь понятна всем. А мало или много стихов – так это уже от вдохновения зависит. Вот…

– Невразумительный ответ.

– И я так же считаю. Но что поделаешь, принимаем как есть, доится же… Послушайте, может вам все-таки почитать стихи? Чуть-чуть…

– Потом. Обязательно.

– Правда?

Перспектива слушать Катины стихи Соловья не прельщала: не все любят поэзию. Но не согласиться было бы весьма опрометчиво: у юной поэтессы мама – ветеринар.

Пришлось кивнуть. Катя расцвела и, не дав Соловью возможности передумать, открыла перед ним дверь в домашнюю лечебницу.

– Прошу!

Глава 4

«…Пейте, дети, молоко, будете здоровы!»

В прихожей пахло гарью. Определенно пахло! Катя шмыгнула носом.

– Воняет, – сказал Соловей.

– А я думала, мне показалось. Подождите вот здесь, на стульчике. На нем все ждут.

Катя вошла в комнату.

Вполне рациональное действие.