От желания уйти до желания остаться

– Разве моей принцессе можно отказать? Я лишь хочу, чтобы ты однажды не пожалела о сделанном в прошлом выборе, потому что прошлое нас не жалеет.

Бернардо до дрожи в горле любил свою единственную дочь, но был раздавлен. Кожаное кресло в Совете директоров рядом с ним было уготовано для нее и лишь для нее с первых лет обучения в Гарварде, но с них же и начались первые семейные размолвки. Детское увлечение рисованием превратилось в наваждение, и даже одержимость, но, несмотря на все палки в колесах, Анна окончила академию художеств.

Ее полотна постепенно приобретали спрос на аукционах, а многие почитаемые в обществе наставники Анны прочили ей блестящее, даже великое будущее.

Бернардо гладил локоть дочери и думал о том, чему никогда не суждено было сбыться.

– Какие планы на сегодня, дорогая? – спросила Агнесса, наполнив кабинет ароматом свежего кофе. – Я случайно подслушала ваш разговор. Значит, ты довольна своей мастерской?

– Ты шутишь? Она просто великолепная!

Анна освободила отца из цепких объятий и взяла у матери вторую чашку кофе.

– Знаешь, я нашла прекрасного натурщика – его зовут Уго. Его тело, словно вылепили сами Боги по моему заказу! Мне очень повезло – он согласился мне позировать.

– Кхм-кхм. – поперхнулся Бернардо. – Не думаю, что твой жених Аурелио разделит твои восторги.

– Что? Глупости какие… Поймите, тело Уго – это настоящее искусство, и, если мне удастся оживить его на холсте, ахнет даже мой Лио.

Агнесса искоса посмотрела на мужа, отставив в сторону чашку с горьким напитком.

– Но это будет не так просто сделать. – продолжила говорить сама с собой Анна. – Понимаешь, мама, при определенном освящении блики на теле Уго играют на каждой мышце, мечутся прямо по ложбинкам… Это выглядит завораживающе. Нужно быть гением, чтобы суметь изобразить это, но и это не самое главное…

– Вот как? – прервала ее мать. – Он так хорош? Спортсмен?

– Да нет же. Уго – особенный: он немного эктаморф[3 - Тип конституции тела, склонного к худощавости.], но с выразительными плечами, грудью и бедрами, еще у него серая кожа, представляешь?! И это именно то, что мне сейчас нужно! Но главная моя удача – его глаза.

Мама, в них горят две горящих сферы – настоящих, подвижных. Я хочу сказать, что в этих глазах столько жизни!

Анна поняла, что заболталась.

– В общем, мне не терпится приступить, и я уже опаздываю. Уго наверняка меня ждет.

Она отхлебнула на бегу остывший кофе и, схватив свою сумку и чехол с полотнами, выбежала из дома.