Королева Хеллоуина

– Балованцева! Чего задумалась? Бросай! – раздался грозный окрик.

Арина вздохнула и с двух рук кинула дротики в бумажную морду демона. Один угодил демону куда-то в рог, другой в ноздрю.

– Следующий!

Антоша тоже никуда не попал – шлем-тыкву он снимать отказался, а тыква эта, как нарочно, в самый ответственный момент скрутилась вбок, первый дротик воткнулся в пустой край бумаги, а другой просвистал в метре от плеча Екатерины Александровны и упал на пол.

– Ты что, убить меня хочешь? – взревела учительница математики, испугавшись за свою жизнь.

 – Наглый какой! А ну-ка уматывай отсюда, пока я директору не пожаловалась!

С этими словами она решительно подтолкнула Антошу к выходу. Плюнув на этот конкурс, Арина и Витя бросились за ним. Конкурсанты из очереди проводили Джека-Лампу одобрительным гулом.

– А ты ведь почти попал! – Витя похлопал Антошу по маковке тыквы.

Антоша снял свой чудо-шлем, положил его на подоконник и подмигнул тыкве.

Джек-Лампа задорно улыбался своему создателю неровно вырезанными глазами и кривым ртом. Он спас хозяина, спрятав его лицо в своей утробе – ведь грозная Овчарка не узнала, кто именно покушался на её жизнь. А значит, ничего Антоше не сделает, не отомстит.

– Слушайте, а Редькина-то так и не пришла в демона кидаться! – вспомнила тут Арина.

– Да, не было её. – подтвердил Витя. – Я ей черепа хотел отдать. В смысле фанты.

– Надо её отыскать, фанты отдать, а то прощёлкает свой главный конкурс.

 – решила Арина.

Втроём они снова пробежались по школе. Огромные толпы бессчётных ведьм всех мастей и оттенков, зловещих покойников, вампиров, скелетов, волков-оборотней и разнообразных привидений с воем и улюлюканьем мотались по полутёмным коридорам от конкурса к конкурсу. Пару раз мимо них прошла строгая Хэллоуинская комиссия, которая следила за порядком и за тем, чтобы все были в костюмах. Тех, кто нарушал порядок или снял маскарадный костюм, члены комиссии отправляли в Процессию Печальных Вопельников – предводители этой процессии хватали свою жертву, привязывали к толстому канату и, заставляя непрестанно выть, долго водили за собой.

После чего отпускали, конечно. Но попробуй, повой минут двадцать, не переставая… Так что никто ничего старался не нарушать – и всего несколько несчастных жертв грустно плелись в печальной процессии.