Фенрир. Том I. Нарушитель границ

Женьшень сам по себе сладкий, – она обхватила свою кружку обеими руками и встала подальше, уперевшись бедром в столешницу.

– Можно вопрос?

– Наверное.

Андрей коротко откашлялся:

– Почему «Лея»? Имя вроде не совсем местное.

– Ну да. Не то, что Андрей Давыдов.

– Моё-то проще некуда.

– Может быть, в этом вся соль? Привычно слуху, просто произнести…

Андрей невольно вспомнил историю знакомства отца со второй женой. По его словам, всё тоже свелось к обсуждению имён.

– Значит, это секрет?

– Моя бабушка по материнской линии из Болгарии.

Меня назвали в честь неё.

– О, ясно. А ты говоришь по-болгарски?

– Нет. И никогда там не была.

– И желания нет?

– Есть. Но… Не всем моим желаниям суждено сбыться в ближайшей перспективе.

«Особенно связанным с тобой…»

Андрей отпил ещё немного чая, морщась от сладкого привкуса. Он с детства был равнодушен к конфетам и десертам, зато очень любил всё горькое. Поэтому среди основных его напитков были кофе, чай, пиво, текила и виски.

– Из-за статуса твоего отца?

– Да…

– Почему бы ему не взять тебя с собой для очередного визита в Болгарию?

Лея хмыкнула:

– Потому что все его визиты согласовываются минимум за шесть месяцев. И сейчас, насколько мне известно, график расписан до сорокового года. К сожалению, Болгарии там нет…

– А просто путешествие? Отпуск? Или как это называется у первых лиц?

Забавляясь отсутствием у Андрея знаний всех тонкостей жизни главы государства, Лея качнула головой:

– Его отпуски проходят внутри страны.

Любое пересечение границы для президента – большое и сложное мероприятие.

– Но ты же не президент. Ты просто его дочь, – Фенрир спокойно относился к большому количеству правил в работе, но когда они подчиняли себе всю жизнь человека не из-за его положения, а из-за статуса его близких, в нём вскипал эмоциональный бунт.

– Ну… У меня нет для тебя внятного ответа… Правда. Когда десятки слишком серьёзных людей слишком грозно твердят тебе о возможных опасностях, сложностях и последствиях, тяжело бороться в одиночку.

Я смирилась… – она допила чай и отставила кружку в сторону, скрестив руки на груди.

На автомате закатав рукава рубашки, Андрей подошёл к мойке и включил воду. Промыв свою кружку, он не глядя протянул ладонь за кружкой Леи.

– Спасибо. Это не обяза… – она уставилась на татуировку, занимавшую всё левое запястье Фенрира почти до локтя: рукоять меча с изображением скорпиона, клинком как бы уходящего под кожу.