Костыли за саксофон. Дюжина грустных и весёлых настроений

– Конечно зима, – закивала Лариса. – Такие у дома колонны с завитушками. Вчера на колоннах шапки из снега были, завитушек видно не было, а сегодня сдуло.

Девушка с микрофоном пожелала победы и стала приставать к другим людям, а мама с Ларисой подошли к стендам. Это всё были рукодельные стенды. Висели на стенах странные картины. Лариса подошла к одной: она была огромная, почти до пола, и девочке хорошо было видно, что картина состоит из миллионов – сикстилионов цветных звёздочек, похожих на точёные снежинки в сильный мороз.

Потом пошли стенды с подушками и покрывалами, сшитыми из разноцветных кусочков.

– Пэчворк, – подсказала мама.

Были стенды с нарисованными расплывчатыми картинами, но по ткани.

– Батик – сказала мама.

Были стенды с игрушками. Были даже сценки из игрушек.

– Как настоящие!

– Настоящие! – Женщина в платочке и сарафане улыбалась Ларисе.

– Вы как солнышко! – сказала Лариса.

– Я и есть солнышко. Настоящее солнышко… А это козочка Розочка, это корова Милушка.

Лиса наша Патрикевна, Михайло Иваныч Потапов…

Лариса смотрела и смотрела на фигурки, любовалась и любовалась… На отгороженной площадке стояли и домик, и забор, бегали перед забором страшные звери, а хорошие звери жили в теремке. Петя-петушок сидел на крыше с открытым клювом и кукарекал! По – настоящему, не по-игрушечному. Из хвоста у него торчали разные нитки: толстые и тонкие, гладкие и с узелками. И звери были все из ниточек. И дерево с пнём из ниточек, и даже земля была из стриженых ниточек.

А огромный домик-теремок и забор – из великого множества спичек.

– Ого! Огромный домина! – радовался мальчик рядом с Ларисой. – Из спичек.

– Спички – тоже ниточки, только деревянные, – ответила Лариса.

Тётя-солнышко засмеялась, тыкнула пальцем в траву и вдруг шерстяной клубок, но не простой, а с ушками и серой мордочкой, стал катался туда-сюда вдоль забора…

– Ерунда какая-то! Дерёвня.

Лариса обернулась. Позади неё стояла девочка, розовощёкая, с большим красивым атласным бантом на затылке, со сверкающими заколками.

Девочка прочитала почти уверенно табличку:

– Композиция «Теремок». – И опять огорошила: – Ерунда.

На лицо женщины нашла тучка. Солнышко пропало. Она опять нажала на траву, и всё замерло: хвост петуха перестал шевелиться, клубок встал как вкопанный…

– Сама ты – ерунда, – сказала Лариса.

– Я – не ерунда. Я по сцене буду ходить. Я в конкурсе участвую.