Костыли за саксофон. Дюжина грустных и весёлых настроений

– Лариса! Мы первое место взяли!

Мама и Лариса побежали обратно к сцене, им вручили огромную корзину с разными баночками-скляночками и огромный букет.

– Как раз ростом с тебя корзина. Корзина ростом с карандаш! – жала Ларисе руку председатель жюри по фамилии Шуба.

Потом Ларису долго фотографировали, и малышку, и озорника-хулигана-рэпера.

– Ты на сцене по мобильнику говорила? – спросил фотограф. – Доставай!

Лариса не сразу поняла, столько было впечатлений, потом вспомнила:

– А-аа.

Она достала игрушку, приложила к будёновке.

– Замечательно. Настоящая модель.

Все разошлись переодеваться. Лариса, как не оглядывалась по сторонам со своей скамейки, не видела больше ни девочки-принцессы, ни её мамы-королевны, ни их бабушки-мастерицы. А Ларисе очень хотелось похвалиться перед принцессой-зазнайкой.

– Как так, мамочка?! Она же утверждала, что получит первый приз.

– Ой, Лариса… – вздохнула мама.

– Похвальбушки все вредные и хитренькие! – Лариса радовалась, скакала, кружилась, представляя, что на ней надета крутящаяся юбка «солнце», которые мама часто шила заказчицам.

Подошёл мальчик. Лариса сначала и не узнала его в обыкновенной одежде.

– Ну вот! Прощай!

– Сёма! Ты хоть поздравь!

– Поздравляю! – сказал Сёма и поправил очки. – А всё-таки я тоже тебе помог. Ты раскисла. Не надо. Не раскисай.

И мама Сёмы сказала:

– Ты запомнила, что в жизни главное?

Лариса растерялась, покрутила отрицательно головой, не знала, что ответить. Тут она увидела девочку-принцессу в обычной одежде, с перепутанными буклями, и даже без банта и заколок.

Девочка стояла у гардероба и грозила кулаком. Но Лариса даже не расстроилась, и тут же сообразила, что в жизни главное.

– Боевое настроение?

– Верно!

– А ещё поддержка! – сказала мама Сёмы.

– Мы бы, Сёма, без тебя пропали! – сказала Ларисина мама. – Спасибо!

Поболтали ещё о том-о сём, покопались в подарочных сумках, сгрызли по энергетическому батончику, запили соком…

Пока ехали домой, мама и Лариса шептались за огромной корзиной, которую Лариса еле удерживала на своих коленях.

Лариса вспоминала девочку-принцессу и то, как она всем говорила обидные слова всем.

– Такая уверенная, наглая! – возмущалась Лариса.

– А знаешь, – сказала мама. – Она сразу поняла, что у тебя хороший костюм, вот и решила сделать так, чтобы ты расстроилась. И, знаешь, ей это почти удалось.

– Просто я была как заколдованная. Я решила, что хуже всех.

– Да.