Кот Джеймс, агент 009

«Новые знания делают жизнь увлекательней», – подумал я, но был слишком утомлен, чтобы записать эту чудесную мысль.

Втора я серия

Чемодан с деньгами

+ лекция о словесном портрете

Багажный отсек «Китаника» походил на желудок огромного кита, наглотавшегося на морском дне всякой всячины… Коробки, тюки, саквояжи, кожаные чемоданы – о, это лучшее место в мире для усталого лемминга! Здесь было так тихо, сумрачно, тесно, как будто я вдруг очутился дома. Уютно устроившись среди дорожного скарба, я решил подремать до завтрака.

Ничто так не избавляет от голода, как крепкий сон.

Но только я закрыл глаза, как меня разбудила чья-то возня.

– Дени, а мы чего сюда пришли?

– Одна маленькая сделка, Арнольд. Всего одна. Меняем наш чемоданчик на очень-очень нужную вещь.

– Я не отдам свой чемоданчик. Ты же знаешь, как он мне дорог… Это память о нашей маме…

Пламя свечи высветило мышиную мордочку того, кого назвали Арнольдом.

– Слушай, я знать не знаю, кто была наша мама, – грозно сообщил ему Дени.

 – И вообще не понимаю, чего ты вцепился в эту истрепанную кошелку?

– Ты не можешь так говорить о нашей маме…

Вторая свеча, вспыхнув, выхватила из темноты другую мышиную мордочку: круглую, словно масленичный блин.

– Гм, гм… – раздался вдруг сверху ГОЛОС КОГО-ТО.

Обе свечи погасли. Но спрятаться в темноте мышам не удалось: раздался щелчок выключателя, и парочку – громилу-мышищу и упитанного коротышку – ослепил свет газовой лампы.

– Арнольд Мышнегер и Дени де Кито? – поинтересовался ГОЛОС.

– Они самые. Я – Дени, – ответил толстопузый коротышка. Кивнул на поражающего МЫШечной массой Арнольда: – А он – Мышнегер.

– Вы, э-э-э, братья? – протянул с сомнением ГОЛОС.

– Да. Мы – братья! – Дени привстал на цыпочки, чтобы казаться чуть-чуть повыше, но не достал и до подмышек Арнольда.

Расплывшись в улыбке, Арнольд обнял коротышку за шею и уточнил:

– Мы – близнецы.

– Ну-ну. Оно и видно.

Дени де Кито болтал ногами в воздухе, пытаясь укусить бицепс братца.

Или хотя бы трицепс. Ну или что-нибудь вообще укусить, чтобы его наконец отпустили, поставив на место.

– Лапу разожми – задохнется ведь, – посоветовал ГОЛОС.

Арнольд посмотрел на родича, на его выпученные глаза, красные щеки и злобный оскал и ослабил хватку:

– Прости, братишка…

Дени де Кито шмякнулся на пол.

– Ну ладно. Теперь к делу. – Нетерпеливый ГОЛОС не дал де Кито даже отдышаться.