Кот-Ворун

Повернувшись и подняв голову – говоривший оказался на голову выше. – Через интернет заказал.

– Ха, – усмехнулся рослый парень, повернулся к Валере спиной и ткнул большим пальцем на такой же рюкзак красного цвета. – А у меня – оригинал.

– Молодец, – фыркнул Валера.

Как раз загорелся зеленый. Рослый парень пошел в одну сторону, переходя Большую Московскую поперек, а Валера отправился дальше на восток, перешел Гагарина и вышел на мост.

Странные люди. Те, кто берут брендовое. Вот у него за спиной ровно то же самое, сорокалитровый красный рюкзак с двумя карманами на застежках-молниях.

Для удобства в них были вдеты белые плетеные шнуры.

На другой стороне дороги Валера остановился еще раз, чтобы поправить лямки – одна подобралась слишком близко к шее и грозила натереть ее. На улице стояла жара, и футболка с широким воротником не спасала от жара каменных джунглей.

Может, в том и была разница между брендовыми и простыми вещами? Валера обернулся на противоположную сторону перекрестка: рослый парень тоже снял рюкзак и пытался приладить лямки поудобнее.

Усмехнувшись, Валера закинул рюкзак обратно на спину и направился дальше. Идти ему предстояло через весь город, так что тратить время попусту он не собирался.

Поэтому поднял рюкзак, разве что непривычным оказался его вес – точно в два раза больше стал.

– Ух ты… – выдохнул Валера, уверенный, что увеличение веса точно никак не связано с тем, что его рюкзак – не брендовый.

Но закинул его на спину и направился дальше.

Прошел шагов десять, не больше, приблизился к литым перилам моста, оперся на них, немного покачался. Чтобы понять, что не так с его рюкзаком – вдруг перетянул лямку.

Ничего подобного. Валера начал сердиться – если ему еще четыре километра идти, то сил он потратит куда больше и вечером не останется энергии даже на ближайший заказ!

С этим что-то надо было делать, но время поджимало. Валера, не скидывая рюкзак, попытался подергать за лямки, чтобы как-то их переналадить, но вскоре плюнул на это дело и пошел дальше.

Центральные улицы шумели – транспортный поток на них ослабевал лишь после десяти вечера, а сейчас было слегка за полдень, поэтому чадящие дизельные автобусы и многочисленные автомобили гудели, урчали, жужжали, свистели и скрежетали, проносясь мимо.

Но в этой какофонии звуков ему послышался резкий, залетающий прямо в левое ухо, звук расстегивающейся молнии.