Котино море, Янсель и Заморыш

Так меня все и стали звать.

Пёс покачал головой.

– Сочувствую. Котя – дурацкое имя. С таким тяжело жить. Вот Костя – кличка хорошая.

– Почему? – удивился мальчик.

Джек почесал за ухом и сказал:

– Ты вслушайся: Костя. В этом имени спрятана кость. Сахарная. Вкусная. А в Коте много кошачьего и мало хорошего – котов я не очень люблю. Но что ж. Буду и я называть тебя Котей.

И пёс зевнул.

– Простите, Джек. А вы всегда разговаривали? – спросил Котя.

– Нет, – покачал головой Джек, – я говорю только с теми, кто попал в Янсель.

А ты сейчас именно там. Или тут… – Собака задумалась. – Уж не знаю, как выразиться. Я же пёс, в конце концов. Не жди от меня грамотной речи.

– А вы давно обитаете в Янселе? – поинтересовался Котя.

– С сегодняшнего утра, – кивнул Джек. – Янсель – хорошая страна. В неё сбегаешь, когда всё идёт не по плану. Там плохое становится хорошим. И жизнь меняется в лучшую сторону. Ведь это же страна отражений в луже. Ты разве не замечал? Всё страшное, что отражается в луже, становится забавным.

И неприятности в лужах растворяются и исчезают… Гав-гав, – залаял он, увидев, что приближается хозяйка.

Тётя Надин принесла Коте конфету, а Джеку показала косточку, но сказала, что отдаст её потом. И весь путь до дома мальчик с собакой шли, перемигиваясь друг с другом. Джек выразительно поглядывал на сумку с косточкой и гавкал на голубей, чтобы никто не знал, что он разговаривает, а Котя ему подыгрывал.

Когда тётя Надин накормила Котю ужином и отвела домой, он уже почти не грустил.

А бежал вприпрыжку. Лишь за тётей закрылась дверь и Котя разделся, как из гостиной вышел Заморыш.

– Ты долго, – недовольно пробурчал он, потягиваясь. На груди у него оказался маленький бантик.

Потом Заморыш неожиданно сделал кульбит назад, раздалась музыка, как в цирке перед началом представления, и в доме стали зажигаться все лампы по очереди. Только не так, как обычно. Нет. Каждая лампа стала солнышком. Здесь были солнышки всех цветов и размеров: совсем крохотные – красные, фиолетовые и изумрудные, средние – жёлтые, оранжевые и голубые, а в зале вместо люстры загорелось огромное хрустальное солнце.

– Ух ты! – только и смог вымолвить Котя.

– Приветствую тебя в Янселе! – поклонился Заморыш. – У нас в стране солнц сколько угодно! Каждому по вкусу! Пойдём скорее ко мне в гости.

Заморыш схватил Котю за руку и потащил через гостиную в бабушкину комнату. И как только они делали шаг, комната за ними преображалась.