Крепкий орешек Джонс и нарисованный город

Учитель по рисованию говорит, что я начинаю делать успехи.

– Краски, карандаши – это всё, конечно, неплохо, – воскликнула в раздражении мама. – Этим хорошо заниматься как хобби, а вот карьеру, Орешек, на этом не построишь. Посмотри на отца. Всё это творчество его погубило. Высосало из него и силы, и честолюбие. И в конце концов у него не осталось никаких устремлений. По крайней мере, до тех пор, пока он куда-то не устремился.

– Но, мама…

– Послушай, коллеги на работе мне говорили, что слышали много хорошего о том, как в «Святом Хьюберте» преподают математику, – с непреклонным видом сказала мама.

 – И преподавание естественных наук там тоже ни с чем не сравнится по результатам. Вот на какой сфере тебе надо сосредоточиться.

– Но так же нечестно! А Лео?

– У Лео в этом году экзамены, я не хочу его отрывать. И потом, меня гораздо меньше беспокоит направление, в котором движется он. – Мама стиснула зубы. – Извини, Орешек, решение принято. В «Святом Хьюберте» согласились дать тебе место. Я уже оплатила первый год обучения, ты приступаешь на следующей неделе.

Вот так Орешек Джонс и оказалась на заднем сиденье автомобиля за спиной у шофёра, рядом с маминым секретарём, которая заехала за ней в школу, которую Орешек ненавидела и в которой её оставили после уроков в наказание за нарисованного в тетрадке по физике огнедышащего вампира-единорога.

6. Блад, Стоун & партнёры

Всякий раз, оказываясь рядом со зданием, в котором располагалась мамина бухгалтерская фирма, Орешек чувствовала себя совсем крошечной.

Здание вздымалось на такую высоту, что казалось, оно вот-вот рухнет и раздавит её.

– Маме надо ещё поработать, а после вы вместе отправитесь домой, – сказала Нерис и, шаркая ногами, направилась к зданию, где перед ней разъехались в стороны автоматические двери. – Можем подняться и подождать у неё в кабинете. Я поставлю чайник.

В фирме «Блад, Стоун & партнёры» мама Орешка работала немногим больше трёх лет. Орешек хорошо помнила день, когда мама получила эту работу, – хотя бы потому, что папа выскочил в магазин и купил бутылку шампанского и крем-соду детям.

Орешку, Лео и их малютке-сестричке никогда не дозволялось пить газировку, и крем-сода – это было так здорово!

– За мою жену, бухгалтера высокого полёта! – прокричал, сияя от гордости, папа, и они с мамой звякнули бокалами. – Я всегда знал, что ты этого добьёшься!

Какой счастливый был тогда день! А теперь он казался далёким-далёким прошлым.