Девушка из песни

– Как?

Он снова пожал плечами.

– У того парня, которого ты ударил, отец – коп.

Ронан скривил губы в улыбке, которая больше походила на оскал.

– Да пошли они оба.

– Что-то имеешь против копов?

Он ничего не сказал, и мы пошли дальше.

Мы оказались в моем районе ветхих цементных коробок с ржавыми железными решетками на каждом окне. Ронан остановился и уставился на угловую квартиру на втором этаже. Сквозь драную сетку на окне слышался рев телевизора.

– Это твоя?

Он кивнул.

– А моя в квартале отсюда.

Он не двинулся с места, и меня охватило странное чувство. Словно озарение свыше, которое обычно возникает, если слова песни так идеально ложатся на музыку, что кажется, будто они исходят не от меня.

«Показать ему хижину».

– Тебе нужно домой? – спросил я.

– Домой… – презрительно выплюнул он это слово. – Нет.

Я кивнул. Между нами было почти телепатическое понимание.

– Иди за мой.

– Нашел четыре дня назад, – заявил я. – С тех пор прихожу сюда каждую ночь.

После работы.

– Что? – Ронан повернулся вокруг своей оси. Его крупное тело заполнило практически всю комнату. – А где работаешь?

– В Галерее игровых автоматов на Набережной.

Ронан кивнул и сел на скамейку.

– Отсюда видно океан, – почти с нежностью произнес он хриплым голосом.

– Да, это здорово. Хорошее место, чтобы просто…

– Убраться подальше от всех?

– Именно.

– До этого ты выглядел больным. – Он кивнул в сторону моего запястья. – Что это за часы? Почему они пищали?

– Это датчик.

У меня упал уровень сахара в крови. – Я приподнял футболку, чтобы показать устройство. – У меня диабет.

Ронан кивнул, а затем на его губах внезапно расплылась улыбка, и он прикрыл ее ладонью.

– Что смешного? – спросил я, не обращая внимания на болезненно сжавшееся сердце.

Возможно, я ошибся в Ронане. Просто еще один придурок…

Он покачал головой.

– Я дружил с одной девочкой, когда был ребенком… лет в пять. – Его плечи начали сотрясаться от смеха, неудержимо накатившего на него, как приступ кашля.

Казалось, это застигло его врасплох. Как будто прошла целая вечность с тех пор, как он смеялся в последний раз. – Ее тетя была диабетик. Девчонка называла ее диа-ба-титьки.

Я секунду пялился на него, но смех был таким заразительным, что в итоге мы оба заржали как идиоты, сложившись пополам.

– Никто… не поправил ее? – выдавил я.

Ронан покачал головой.

– А ты бы хотел?

– Черт, нет.